— Вот мы и дома, любовь моя, — жестом указывает Арктур на врата, что раскрываются перед ними беззвучно и стремительно. — Добро пожаловать.
И хвост его переливается радужными бликами, плавники становятся длиннее и острее, глаза ярче, а улыбка более ослепительной и… клыкастой. Что её отнюдь не портит, лишь добавляет остроты и опасности.
Арктур протягивает Любе раскрытую ладонь — она горяча — и проводит её к замку.
— Здесь так чудесно… — выдыхает Любовь.
Ей больше не страшно, чувство такое, будто она во сне, в котором была уже не раз, но теперь всё иначе, ведь она с Арктуром, своим покровителем и повелителем сердца, что сейчас будто замедлило бег.
— Я рад, что тебе нравится, — он ведёт её к большой каменной арке, проплыв которую они оказываются в неком туннеле, а после в просторном зале из хрусталя и каких-то мерцающих кристаллов. — Чувствуй себя как дома. Любовь, теперь всё это принадлежит и тебе тоже.
— Арктур! — к ним выплывает Арель, волосы его здесь будто серебряные, глаза выглядят ещё чернее, лицо заострённое и словно высеченное из мрамора. — Я не могу так больше. Позволь вернуться за… котом, — опускает он взгляд.
А Арктур закатывает глаза.
— Поплыли, Любовь, я покажу тебе мои любимые места в замке.
— Это было бы здорово… Отдашь брату амулет? Не знаю, милый, — обращается она к нему так, словно он младше, — кота здесь, даже если найдёшь способ ему дышать, раздавит давление. Это плохая идея.
Арель заметно грустнеет, и даже не смотрит, что подаёт ему брат, просто надевает на шею.
— А если пузырь воздуха вокруг него создать?
Арктур хмыкает.
— Нашёл за что переживать! Пока есть дела поважнее.
— Как отбор невест, что она должна пройти? — хмыкает он в ответ, кивком указывая на Любу. — Или ты про действительно важные дела, и мы сначала с врагом разберёмся?
— Это, — цедит Арктур сквозь клыки, — само собой. Но Любовь сейчас мне важнее, ты прав. Но упрекать меня этим не смеешь! Нахал, расстроился из-за кота и берега совсем потерял?
— Что ещё за отбор? — Люба бьёт хвостом и охает, оглядываясь… на него же. Вау! Как эффектно!
— Красота, — ухмыляется Арктур, соглашаясь, будто это его заслуга, — словно пламя следует за тобой, полыхает и переливается!
Люба касается указательным пальцем, что будто стал бледнее и тоньше, его губ и щурится.
— Ты слышал мой вопрос!
— Ну, любимая моя, — берёт её Арктур под локоток, — зачем сейчас говорить об этом? Лучше давай я покажу тебе твои покои…
И перед ними две бледные, почти прозрачные русалочки с голубыми волосами и серыми, но блестящими хвостами, раскрывают нечто похожее на резные врата, за которыми находится круглая комната.
В окнах, что идут в ряд по одной её стороне, вместо стёкол нечто похожее на натянутый прозрачный белый шёлк. Часть окон открыта, и «ветер» влетает в комнату вместе со стайками маленьких, красных и серебристых рыбок. А снаружи виднеется сад с большими, в метр шириной, яркими цветами. За которыми открывается тёмный обрыв с мерцающими золотыми огнями по краям. И огни эти, судя по движению, принадлежат каким-то рыбам… Или животным?
— Больше всего мне нравилось смотреть из этого окна. Прекрасно, правда? — обнимает её Арктур. — Я дарю это всё тебе… Ты можешь прогуливаться по саду, ничего не боясь. Здесь всё безопасно для тебя. Но если что-то понадобиться, просто позови слуг. Я покажу тебе, как. Нравится?
В самой же комнате вместо кровати находится нечто наподобие гамака из плотного зелёного… листа? Большой белый шкаф с украшениями и такие же белые, украшенные золотой росписью сундуки.
— Да… — Люба сглатывает. Она заворожена, но всё же не потеряла память. — И всё же… у нас лишь три дня в запасе. Что ты будешь делать, насколько это опасно? Что здесь делать мне?
— Тебе? Осваиваться, конечно, наслаждаться. Я встречусь с предположительным врагом и разберусь с ним. А потом мы проведём вместе остаток времени. Устроим праздник.
— А о чём говорил всё же Арель, дорогой?
Люба усмехается. Она впервые видит Арктура таким… таким… проще задохнуться от возмущения и умиления, чем выразить чувства словами.
— О традиции, — отводит он взгляд. — Всего лишь о традиции… Любовь ведь у нас, это сказка… А если ты тем более из знатного рода… В общем, когда к свадьбе дело идёт, избранница должна пройти отбор. Посоревноваться с другими невестами, ведь, вдруг краше да искуснее найдётся? И в большинстве случаев разумнее тогда избранницу поменять. Но тебе не стоит думать об этом, — заверяет он её и подкрепляет слова улыбкой.
— Так, значит, я не буду в этом участвовать?