- Может продолжим то, чем в лесу занимались? – игриво спросил Лион.
- Ты забыл, что было утром? Хочешь, чтобы опять все переполошились от нашего воя?
- Мы не будем танцевать волчий вальс, мы станцуем животное танго, – посмеиваясь, Лион стал поглаживать ногу жены, закидывая ее как в танго себе на бедро.
- Лео, сейчас придет док, а мы с тобой в собачьей позе, в сцепке. Вот здорово будет?! Он и так все время нас голыми застает. Уж не знаю, что у нас происходит ночью с одеялом, но это не нормально. Я понимаю, он доктор, но мне это не нравится, когда на меня голую глазеют.
- Нат, мы здесь последнюю ночь. Надеюсь на это. Мне самому уже хочется уединиться, чтобы больше никто не заходил к нам и не мешал мне любить свою жену как ей и мне нравится. И просыпаться спокойно, зная что никто не стоит надомной со шприцем в руке и не глазеет на мою голенькую женушку. На голенькую мою женушку я хочу глазеть только сам. Ты МОЯ и всё, больше никто не сможет быть с тобой кроме меня.
- А мне больше никто и не нужен. Ты единственный мой муж, с которым я хочу заниматься любовью, потому что больше никто не сможет такое вытворять.
- Ты же не знаешь, на что способны другие мужчины или парни, - Лион сел.
- Я и не хочу знать других, я хочу только тебя, - Натали тоже села и, накинув на обоих одеяло, залезла под здоровую руку мужа и, плотно обвив его руками, прижалась.
В палату постучались.
- Да входи уже, док, мы тебя ждем! – крикнул Лион. Профессор вошел и посмотрел на обнявшихся, сидящих под одним одеялом, молодоженов.
- Опять голышом? - с неизбежностью и укоризной спросил Вайсман. - Вы по ночам вообще спите? Нат тебе вообще нельзя нарушать распорядок дня, ты же беременна, тем более таким количеством. Этот кобель только и может, что их делать, а носить то тебе и рожать и кормить. Он об этом даже не задумывается.
- Неправда! Я об этом думаю всегда и готов моей жене помогать во всем, чем только смогу. И я кошак, а не кобель, - с обиженной мордашкой буркнул Лион.
- Да, без разницы. Тогда выноси этих в себе и роди за нее! – посмеиваясь, док подал им горячие напитки. Лион взял свой и выпил почти залпом и с наслаждением прижался к Нате.
- Все док, спасибо за чай, а теперь нам надо продолжить нашу венчальную ночь любви. Ты дашь нам побыть одним или так и будешь глазеть на нас? – поглядывая одним глазом на профессора, Лион стал ласкать свою жену под одеялом, целуя ее за ухом. Ната выгнулась от его ласки и стала тихо поскуливать от желания. Вайсман махнул на них рукой.
- Я же сказал?! Кобель! Идите к черту с вашей ночью любви, теперь и мне придется искать какую-нибудь медсестричку на ночь, глядючи на вас, – и смеясь вышел из палаты.
- Наконец-то мы одни! Я так хочу тебя, моя радость, моя конфетка. Давай обменяемся еще кровью, я тебя чуточку покарябаю и буду вылизывать всю ночь твою израненную спинку и не только ее, - замурлыкал в ухо Натали, этот похотливый котяра.
- Ты можешь начинать вылизывать не спинку, а кое что другое, – она кокетливо повернулась к нему и, поцеловав, легла на спину, раздвинув ноги.
Лион ухмыльнулся, поняв, чего хочет его жена и наклонившись над ее нижними губами стал ласкать и целовать там. Ната постанывая от удовольствия ерошила волосы прижимая его голову к своим ногам. Лион, поглаживал одной рукой по боку, удовлетворяя ее своим языком. Вся содрогаясь от полученного оргазма, она подняла его лицо и потянула к себе. Впившись ему в губы, страстно поцеловала, играясь с его языком.
Лион прикусил до крови ее язык и тут же подставил свой. Она тут же цапнула его за язык и далее они наслаждались вкусом кровавого поцелуя. Ната, обхватив его ногами, сделала рывок и, перекинув Лиона на спину, села над ним. Лион, не ожидая такого броска от жены, при падении ударился поврежденной рукой о кровать и застонал от боли.
Ната погладила его плечо, нажав на несколько точек, снимая боль. После чего развернулась к нему попой и стала удовлетворять своим языком и губами желание мужа. Лион, постанывая, поглаживал ее спину и, периодически приподнимаясь, ласкал ее нижние влажные губки, находящиеся перед его глазами.