А карапуз, встав ножками на его коленях, сосредоточенно сопя, изучал золотую серьгу в его островерхом ухе, то и дело неловко дергая ее. Дорган, морщась и смеясь, наклонял голову ниже, чтобы было не так больно. Мать карапуза попробовала было взять сына обратно, но малыш накуксился готовый вот-вот разреветься, и Дорган тут же уверил ее, что он ничуть не мешает ему. Так, не спуская его с рук, дроу сумел отклонить несколько приглашений на танец от местных дам, никого из них не обидев. После трех зажигательных песен, Ника поняла, что запыхавшимся танцорам, как и ей самой, необходима передышка.
Кто-то уселся за стол, кто-то толпился вокруг Ники, с ожиданием глядя на нее. Нике поднесли чарку с малиновым вином, сладким и тягучим. Но прежде чем выпить ее, она, откинув волосы за спину, спросила молодую, чтобы ей хотелось послушать, потому что следующая песня будет спета в ее честь. Невеста подняла головку от плеча мужа, который, обняв ее за талию, крепко прижимал к себе, смущенно пролепетав: "Про любовь" - и тут же спрятала раскрасневшееся лицо на плече мужа.
Ну, конечно, про любовь! Ника запела на свой страх и риск:
Загуляло нынче лето загуляло
Изумруды по округе раскидало.
Ничего на этот раз не пожалело
Соловьи поют за речкой очумело.
Неутомимая молодежь пришла в движение и разбившись по парам принялась отплясывать. За ними потянулись пары постарше. Несколько пар так и не дотанцевав, украдкой уходили в кусты -- целоваться.
Ни о чем я не жалею тоже
С этим летом мы наверно схожи
Никогда так в жизни не любила
Поцелуи никому так не дарила.
Дорган, задумчиво перебирал темными тонкими пальцами золотистые волосы, уснувшего на его коленях, малыша.
Это лето, как и я, видать, влюбилось
Захмелело, а потом не пробудилось
Вот и я на пару с летом разгулялась
На плечах бы голова моя осталась
Этим летом я такое начудила,
Так влюбилась, что сама себя забыла... (В. Цыганова)
Едва она закончила петь, как за ее спиной раздались одиночные аплодисменты, которые тут же заглушили звуки волынки. Давая Нике, отдохнуть за дело, наконец-то, взялся волынщик, а потому пляски не прерывались. Она обернулась. Перед ней стоял франтоватый господин и хлопал в ладоши, аплодируя ей. Вновь прибывший походил на испанского кабальеро. Все - от темной бородки, оливковой кожи, черных глаз, до сдержанных манер и кричащих желто, красных одежд, прикрытых пропыленным дорожным плащом, выдавали в нем южанина. Из-за его спины виднелся гриф лютни. "Ага! Конкурирующая фирма... Сейчас критиковать начнет..." - решила Ника, вежливо улыбаясь.
- Позвольте представиться, госпожа, - поклонился франт. - Я менестрель. Здесь меня знают как Джеромо Прекрасноголосого, сына славного трубадура Теллара из Тосканы. Неужели вы не слышали о нем? Но, может быть, вам известен Легендарный Аустаф? Да будет вам известно, что он является моим дедом. Я с младенчества привык петь при дворе его высочества принца Тибальда, но иногда мне приходит блажь, порадовать и простецов. Меня попросили играть на свадьбе малютки Фло, но я до последней минуты не был уверен, что поспею и очень огорчался, что моим бедным овечкам - добрым крестьянам придется довольствоваться всего на всего вульгарной волынкой. Как я ошибся! Оказывается, меня ждал здесь сюрприз.
- Но эти добрые люди сами пригласили нас на свой праздник, сэр Джеромо.
- О, вы полагаете, я обиделся? Ничуть, уверяю вас. К тому же у вас чудесный и приятный голос.
- У меня слабый голос, - буркнула Ника.
- Постоянное упорство в занятиях придадут ему необходимую силу, - назидательно проворковал менестрель. - Если пожелаете, я охотно возьмусь обучать вас всем тонкостям песенного ремесла, госпожа.
- Не уверена, что мой муж одобрит эту затею. К тому же мы все время в дороге.
Джеромо сразу поскучнел.
- Если ваш муж тот великан северянин, танцующий с рыжеволосой красавицей, то я даже не осмеливаюсь настаивать на своем предложении взять вас к себе ученицей.
- Мой муж сидит возле молодой женщины в полосатой юбке и коричневым платком на голове.