Вдруг Борг кубарем скатился с лошади и спрятался под ней, а у ее копыт, вонзилась, дрожа оперением, пущенная кем-то стрела. Харальд, напротив, не торопился покидать седло, а сидя на своем коне, цепко оглядывал придорожные заросли, поудобнее перехватив рукоять своего молота. Ивэ, взяла повод Никиной лошади и отъехала вместе с ней назад. Из кустов с воплями и дикими криками повыскакивали косматые, здоровые мужики с дубинками и мечами. И тут началась потеха. Оказалось, мечами нападавшие владеть не умею ли, бестолково махая ими, а их дубинки несколькими ударами если не переломал, то выбил из рук Харальд. Но больше всего напавший сброд напугал, с рыком выскочивший из-под лошади Борг, принявшийся с остервенением лупить их секирой по ногам.
Они неловко подпрыгивали и неуклюже отскакивали от вонзавшейся у самых носок их сапог секиры, выпучив от усердия и страха глаза, со взмокшими красными лицами. Харальд, не желая марать об это отребье руки, пинками сбивал горе-разбойников в кучу, все время норовивших улизнуть от своей бывшей жертвы в кусты. Доргана не было видно, но то, что стрелок на дереве, так неудачно пустивший стрелу в Борга, больше не давал о себе знать, было его рук делом. Дроу вышел на поляну, когда уже измученные разбойники не знали куда деваться от двух воинов - великан и коротышка загоняли их до смерти.
Ивэ, придерживая лошадь Ники, вовсю веселилась, наблюдая как ее мужчины, уставшие от примерного поведения, вовсю развлекаются. Она не отказала и себе в удовольствии, пнув в лицо подлетевшего к ней разбойника, решившего, что мимо испуганных женщин он легко сможет прорваться и спастись, прихватив с собой их и лошадей. Но не тут-то было. Едва он схватил под уздцы лошадь Ивэ, как получил в лицо сильный удар сапогом, сломавший ему нос. Осев на траву, прижимая ладони к лицу, он гундосо поносил Ивэ на чем свет стоит, но стоило ей глянуть в его сторону, как он тут же умолк, предпочитая не связываться с рыжей чертовкой - себе дороже и шустро заполз в кусты. Словом, ребята озорничали, стараясь как можно сильнее напугать незадачливых разбойников. Совсем обессилевших грабителей связали и обобрали до нитки, взяв все, что было при них приличного, чтобы потом пожертвовать это барахло, первому попавшемуся деревенскому храму. Боргу и Харальду добычей достались лишь вспоминания об этом приключении, которое еще долго поднимало им настроение.
На третий день, после случившегося, они остановились в придорожной гостинице, что находилась в большой зажиточной деревне. Дорога к ней шла мимо полей с высокой колосящейся рожью, что доходила всадникам до колен. Гостиница, как и трактир при ней, оказалась приличной и путники решили, отдохнуть здесь. Как всегда Харальд, в сравнении с малорослым дворфом, вызвал у посетителей интерес, однако, никто их не задирал и не цеплялся. Дорган, верный своей привычке, через какое-то время зашел вслед за ними, пристроившись немного в стороне. Подошел предупредительный трактирщик, поинтересовался, что добрые господа желают на ужин и выслушав их, удалился на кухню. Вскоре он вернулся с миской овощного рагу, тушеной бараньей ногой и кувшином вина.
- Куда вы направляетесь, добрые господа? - спросил он, составляя всю эту снедь перед ними на стол.
- В Олдс, - прогудел дворф. - А тебе что до этого, приятель?
- Ничего такого, добрый господин, - быстро ответил трактирщик, не поднимая на них глаз. - В Олдс от нашей деревни ведут два пути. Один, короткий и это лесная дорога. У нас здесь разбойников нет и никто, хвала святой Деве Олдской, не безобразничает. Другой путь идет по проторенной дороге, зато он более длинный.
- И по какой из них нам следовать, по твоему? - спросил Борг, подозрительно.
- У проторенной дороги стоят трактиры и ночь не застанет вас под открытым небом, но зато какой вам придется делать крюк. А коли поедете по короткой лесной, ночевать придется там, где застанет первая вечерняя звезда.
- А, ты то чего так переживаешь за нас, приятель? Ну и заночуем под кустом, тебе-то какое до этого дело? - с усилившимся подозрением, допытывался дворф.
- Никакого, добрый господин, - покачал головой трактирщик, - кроме того, что вы, коли захотите, можете переночевать у меня, а завтра поутру двинетесь по короткой дороге в Олдс.