Не понятно, каким образом в ее руке оказался стилет, она совершенно не помнила, как дотянулась до него. Не думая, она вонзила его в мохнатую лапу чудища. Орк взревел, а Ника быстренько, на карачках поползла от него, уже ничего не видя и не соображая. Мысль, что орк догонит ее, если она не убежит, заставила ее вскочить на ноги и пуститься от него во все лопатки. И все равно ей казалось, что она топчется на одном месте, едва передвигая ноги и сколько она не пытается оторваться от разъяренного орка, он все время находиться позади, настигая ее.
Так, ничего не видя перед собой от панического страха, Ника угодила прямиком в объятия Доргана. Толкнув ее себе за спину, он увернулся от просвистевшей рядом с ним дубины, припечатавшей землю так, что от нее полетели комья, и несколькими взмахами сабель располосовал орку брюхо. Жалобно заурчав, мохнатый великан выпустил из лап дубину, начав оседать. Из-под прижатых к животу лап, била темная кровь, заливая землю. Нику замутило и она пошатываясь, побрела в кусты, где ее долго и мучительно выворачивало.
Еще чувствуя дурноту, Ника дрожа от слабости, вернулась на место боя. Срезанные кусты, утоптанная трава, взрыхленная земля - ничего не осталось от цветущей мирной лесной поляны. Везде лежали недвижные, окровавленные, изуродованные туши орков с разрубленными, размозженными головами или щедро утыканные стрелами.
В стороне от места побоища, из-за деревьев, раздавались возбужденные голоса. Ника двинулась, было, туда, но ясно различив разговор, остановилась. Говорили о ней.
- ... ей не дано быть воином. Она трусливый, жалкий человек и в один прекрасный день предаст всех нас. Неужели никто из вас этого не видит... - возмущалась Ивэ.
- Девочка, девочка... - урезонивал ее смущенный Борг.
- ...или у мужиков враз отшибает мозги, как только они замечают перед собой смазливую мордашку и соблазнительные формы, - не слушая дворфа, повысила голос Ивэ. - А, уж от тебя, Дорган, я подобного не ожидала. Только не от тебя. Чтобы твоей избранницей оказалась какая-то глупая гусыня... Ну, хорошо, ты испытал слабость, дрогнул, но обязательно было жениться на ней.
- Ивэ! - укоризненно прогудел варвар.
- Святые лучники Смарга! Чем она застит вам глаза! - закричала на него Ивэ. - Нуя понимаю, Борг и Харальд, но ты Дорган... Ты самый здравомыслящий из нас, ты-то почему идешь у нее на поводу? Поймите, наконец, она нам чужая и всех нас заставляет плясать под свою дудку. И этот пожар... Вы уверены, что она не приложила к нему руку...
Вот тут Ника и вышла к ним на небольшую полянку, по среди которой стояла, уперев руки в бока раскрасневшаяся от возмущения Ивэ. Мужчины, опустив оружие, молча внимали ей. При виде Ники, Ивэ неприязненно, с вызовом смотрела на нее. Мужчины же выглядели смущенными. Еще испытывая дурноту и отвращение ко всему на свете и к себе в особенности, Ника болезненным голосом произнесла, ни на кого не глядя:
- Что же ты замолчала? Продолжай. Уж извини, но ты так кричала, доказывая всем, что я трус и ничтожество, что я решила сама ответить тебе, чтобы больше не было недомолвок и неясности. Да, я струсила. Я не могу убивать с такой легкостью как вы, а потому мне, действительно, не место среди вас. Для меня это не подвиг и не приключение. Если вы ловите кайф от подобного, - она кивнула в сторону недавнего побоища, - то меня тошнит от этого. Вы счастливы, если нарываетесь на неприятности и в этом весь смысл вашей жизни. Да, я не умею драться, но я не предательница и не лгунья и я не поджигала дома архивариуса.
Она замолчала, поняв, что начала оправдываться перед Ивэ, а ей не в чем было оправдываться. Повернувшись, она пошла обратно к прогалине и миновав место битвы, направилась в сторону дороги, не заботясь о том, что темнеет, а она не знает пути. Ей было все равно. Заблудится так заблудится, что с того. Обидой жгли слова Ивэ, сказанные ею Боргу, когда дворф с беспокойством спросил в след удаляющейся Ники:
- Ты куда?
- Не зови ее. Пусть уходит. У нее, благодарению Смаргу, хватило ума все понять.
Да, она все поняла. Ника стиснула зубы, чтобы не расплакаться. Она поняла, что не столько слова Ивэ больно задели ее, сколько молчание Доргана, не сказавшего в ее защиту ни слова. Она страстно желала, чтобы ее разорвал встретившийся орк, и чтоб это осталось на их совести. Тогда-то они поймут, тогда-то они пожалеют... Дорогу ей преградил непонятно откуда появившийся Дорган. Ника, не глядя на него, попыталась его обойти, но он схватив ее за плечи, удерживая.