- Почему... но... можно, я сяду? - и Ника рухнула на табурет. - Зачем вам надо было лгать мне... ему?
- Тебе я не лгал. Тебе я расскажу всю правду, а вот дроу... От них самих, никто и никогда не услышить и слова правды.
- Вы ошибаетесь. Доргану я обязана всем.
- Очень, очень любопытно послушать, - и он, обойдя стол, уселся на топчан, всем своим видом выражая готовность слушать ее.
Ника поморщилась. Ей, так же как и в Блингстоуне, не хотелось посвящать постороннего человека в свою историю. Но пришлось. И Ника коротко, не вдаваясь в подробности, рассказала все Хеннелоре.
- Бедная девочка, - покачал головой маг, когда она закончила говорить. - В какую искусно сплетенную паутину лжи ты попала. Мне думается, что этот их паучий демон, которому дроу поклоняются и почитают за бога, запросто перекинул тебя из твоего мира в наш. Уж для него это не составит труда. Демоны живут вне времени. Теперь о пророчестве чистоты крови древних дроу. Это просто смешно! - всплеснул он руками. - Об этом пророчестве ты знаешь от самого Доргана и от какого-то там Громфа, участника заговора. Заметь, сама ты из прочитанных свитков, ничего такого не поняла. Верно? И не ребенок чистой эльфийской крови нужен демону. Нет. Ему нужно дитя дроу и человека - полукровка, которому не страшны будут лучи солнца, и который сможет жить на Поверхности как люди, орки, лесные эльфы, йотоли... Потому-то твой муж и питает к тебе столь пылкие чувства. Ты сама слышала, что именно ему нужно от тебя. Совсем неплохо совместить приятное с полезным...
- Замолчите! - раздавленная новым открывшимся смыслом всего, что с ней происходило, Ника закрыла лицо ладонями и тут же опустила их с надеждой спросив: - А как же его друзья?
- А, что друзья? - удивился маг тому, что она не понимает очевидного. - Давай, посмотрим, что у него за друзья. Один из них не человек даже. Пьяница и бабник, которому дома не сидится в поисках приключений. Второй - недалекий варвар, глядящий всем в рот. А, насчет, девчонки, вообще говорить не приходиться. Она воспитана дроу.
- Что же мне делать, почтенный Хеннелоре? - пробормотала Ника
- Беги от них. Беги, как можно дальше... Ты сама видишь - дроу следит за каждым твоим шагом. Если хочешь, можешь выпить мое вино.
Поблагодарив его кивком, Ника взяла кружку и выпила его одним махом, потому что срочно нужно было выпить.
- Проклятый эльф с его проклятым чутьем! - ворчал маг. - Он сразу заподозрил, что в Шед я вас заманил из-за тебя. Да-да... Я следил за вами с самого Иссельрина... Теперь ты готова, выслушать то пророчество, о котором поведаю тебе я.
Ника прикрыла глаза. Еще одно пророчество! И опять по ее душу?Она больше этого не вынесет.
- Прошу тебя, будь внимательна к моим словам. Как только возник Шед, все маги до единого, охраняющие Око дракона, пытались исполнить пророчество, но никому из них это не удавалось. В нем говориться, что Шед станет свободным только тогда, когда смертная дева, обладающая бессмертным телом начертит над Оком дракона некий знак, который существует в двух мирах - некий знак милосердия и второй знак гармонии, знак полного согласия противоположностей. Древние маги утверждают, что он должен воплощать в себе внутренний и внешний мир, что противостоят друг другу, зависят друг от друга, как ты и дроу. Посмотри, как все сходится: ты смертная, находишься в теле бессмертной; ты смертная - дроу бессмертен; ты светла - он темен; ты открыта - он таится; ты правдива и простодушна - он сама ложь и лукавство; ты неуверенна - зато он самоуверен; ты женщина - он мужчина; он чувствует тебя - ты к нему бесчувственна. Попробуй теперь оспорь все, что я только что сказал.
Ника молчала.
- Ты наверно, слышала, что я упомянул о знаке, который неизвестен никому, но о котором должна ведать ты? Знак или символ. В твоем мире известен такой знак? - спросил Хеннелоре, затаив дыхание в ожидании ответа.
Ника кивнула.
- Тогда сегодня, в предрассветный час, когда погаснет последняя звезда, я буду ждать тебя у ратуши.
- Но, я... не встану в такую рань...
- Встанешь... Я подниму тебя. Теперь ступай.
Когда Ника выбралась из двери под лестницей, оказалось, что ее поджидает слуга. Он отвел ее в мыльную, небольшую теплую комнату, где стоял огромный чан, возле которого хлопотала девушка. Она помогла Нике раздеться, вымыла ей волосы - эту Никину мороку, потом помогла высушить их и набросила на гостью чистую батистовую сорочку. Сунув ноги в мягкие сапожки и накинув плащ, Ника в сопровождении того же слуги, несшего перед ней факел, дошла до отведенных ей покоев. В них жарко горел, разведенный в камине огонь и Ника, замерзнув, в продуваемом сквозняком коридоре, поспешила к его благодатному теплу. В узкое окно светила луна. На полу лежали ее светлые блики, разбитые темным переплетом оконной решетки. Середину занимала широкая постель с балдахином на четырех резных столбиках.