Обменявшись с подругой парой фраз, я с облегчением отключаюсь.
Критически смотрю на себя в зеркале и на свой костюм. Мы забрали его прямо с подиума, без единого изменения. Это кутюр, истинная мода! Но боюсь, что это слишком эпатажно для нашего города. Я мечтаю надеть этот костюм, но не хочу выглядеть белой вороной, ведь здесь мало кто разбирается в высокой моде. Хотя какое мне дело до остальных?
Открываю дверь комнаты, чтобы позвать маму – она должна быть на первом этаже. Мне нужна поддержка в этом вопросе.
– Мама! Мам? Ма-ам? Я не знаю, подойдёт ли костюм, который мы забрали с подиума! – Слышу мамин голос, доносящийся снизу с ободряющей интонацией, но слов разобрать не могу. – Всё, что мы купили в Италии… Здесь такое не носят!
Захлопнув дверь, я пытаюсь успокоиться и не заплакать, потому что веки станут красными – ни один макияж этого не скроет.
– Может, лучше платье? – Мама заглядывает ко мне. – То лазурное, из Лондона, помнишь? Ты его так никуда и не надевала.
Надевала, вообще-то.
– Но оно скучное, – пытаюсь я возразить.
– Это классика! Вадюша приедет – он подскажет.
Вадюша – наш стилист.
– Не знаю. Мне кажется, этот образ идеален. – Я позирую перед мамой в выгодных ракурсах. – Мне нравится. Это шик!
– Как Вадюша скажет.
– Конечно, мам!
– Алло, Виолочка! – Мама отвечает на звонок, и в её голосе сразу слышится радость. – Ох, какая чудесная новость! Ты права, эта встреча точно пойдёт нам на пользу…
Мама выходит из комнаты, продолжая разговаривать со своей лучшей подругой и по совместительству моей свекровью – Виолеттой Васильевной Савицкой-Бехтель.
Да, мне девятнадцать, и я замужем! Причём уже довольно давно. И сегодня мой муж, Сергей Савицкий-Бехтель, наконец-то должен обратить на меня внимание! Боже, как это абсурдно звучит! Но так оно и есть.
Почему именно сегодня? Не знаю, просто я так решила. Сколько можно ждать? Мы с мамой недавно вернулись из Европы, где пробыли больше двух месяцев. Времени всё обдумать было предостаточно. Я сделаю всё, чтобы мы с Сергеем наконец сблизились.
Три года мой статус – «всё сложно». Был ли необходим наш брак, я до конца не понимаю, но была рада ему изначально. Когда мы подписали бумаги о его заключении, мне было шестнадцать, а всем процессом руководили наши мамы. Брак был фиктивным, но, признаюсь, я тогда была без ума от Серёжи. В наши редкие встречи моё сердце замирало. Он всегда был таким обходительным и внимательным. Высокий, красивый, умный и с чувством юмора – мечта! Увы, пока недосягаемая.
Сейчас Сергей занимается нашим с мамой бизнесом – и отлично справляется, а Глеб ему во всём помогает – это, по мнению мамы, главное. Я ей верю, конечно. Но сегодня мне важно, чтобы он посмотрел на меня как на женщину, как на свою жену! Мне уже девятнадцать, мне уже можно!
Осматриваю себя в зеркале. Я красотка? Ещё какая! Любой с ума сойдёт. Любой! Ну, кроме Миши, возможно, но этому, как говорит мама, «безродному» не понять.
Открываю нашу скупую переписку. Даже написать не может: сделал или нет? Мог бы за ночь справиться и привезти ноутбук. Сутки прошли! Ладно, чёрт с ним. Отбрасываю телефон на кровать.
Слышу голоса, раздающиеся снизу, – Вадюша с командой уже здесь. Ох, сейчас начнётся! Эти мастера сделают из меня супер-мега-вау бомбическую девочку. Никто не устоит. А уж Серёжа – тем более!
– Чао, бамбино!
Ну вот, и этот туда же. Какая я ему «бамбино»?
– М-м-м… Детка, как ты… расцвела!
– Привет, ребята! Начнём?
Мне не терпится.
– Да. Где варианты?
– Вот! – Я указываю на себя. – Единственный вариант на мне.
Улыбаюсь, жду его одобрения. Может, согласится? Но Вадя смотрит на меня скептически.
– Нет, не подойдёт. Дерзко, неуместно. Это же Dolce? Наденешь на тусовку со сверстниками.
Он начинает рыться в гардеробе. Я плюхаюсь на кровать и надуваю губы. Может, я правда ничего не понимаю? Все эти дресс-коды, нормы и правила…
– Вот! – выводит меня из задумчивости Вадюша. – Это великолепно!
Несёт то самое платье из Лондона. Наверняка мама ему про него рассказала, а он и рад угодить.
– Я его уже надевала, – пытаюсь я отстоять свой выбор.
– Где?
– В Италии…
– Выкладывала?
– Нет.
– Репортёры были?
– Нет, просто ужин…
Соврала. Я в нём гуляла по набережной. В нём, кедах и с рюкзачком за плечами. На большее, как мне показалось, платье не годится. Я снова ошиблась?
– Оно подходит, – выносит свой вердикт Вадя.
Что делать? Соглашаюсь.