Миша смотрит на меня внимательно.
– Понятно, пойдем, – говорит и тут же подхватывает меня под локоть.
– Но там же дождь льёт, не переставая...
Но Миша, кажется, и не слышит моих слов. Притягивает меня к себе, тепло целует в щёку, ловко помогает сложить мои вещи и ведёт к выходу. На улице мы быстро добегаем под его пиджаком до машины. Он распахивает передо мной дверцу, затем садится за руль сам. Теперь мы оба растрёпанные и промокшие, но Миша включает тёплый обдув, не давая мне замерзнуть. В салоне его машины тихо и вкусно пахнет освежителем воздуха.
Мы выезжаем с парковки и поворачиваем на проезжую часть, направляясь в сторону нашего посёлка.
– Ты везёшь меня домой? – спрашиваю я, констатируя очевидное.
– Да. Или у тебя есть ещё… важные дела?
– Есть.
– Какие? Где?
– Почему ты не приглашаешь меня к себе? – выпаливаю я, резко повернувшись к нему, и он ответил мне тем же.
– Уже поздно. Римма Эдуардовна будет волноваться…, – отвечает он, сохраняя невозмутимость за рулём.
– В прошлую ночь она не волновалась, – парирую я, решившись на провокацию.
– Ангелина… – сердито начинает он, бросив на меня хмурый взгляд, который тут же смягчается, наполнившись нежностью. – Если хочешь, поедем ко мне.
– Но ты сам не приглашал, выходит, я напросилась? – кокетливо протягиваю я, накручивая локон на палец.
– До этого ты приезжала сама, Ангелина, – напоминает он о моей дерзкой инициативе.
– А теперь хочу, чтобы пригласил!
– Я тебя приглашаю, Ангелина.
Этот ответ почему-то вызывает во мне прилив веселья, и я не могу сдержать смех. Миша наблюдает за мной, иногда бросая взгляды в мою сторону. Постепенно и на его лице появляется лёгкая улыбка. Он то качает головой, то смотрит в боковое окно, но улыбка на его лице становится всё шире и шире. Вскоре он уже почти смеётся вместе со мной.
– Признайся, Миш, я тебя дико раздражаю.
– Нет, ты делаешь меня счастливым, – произносит он, но из-за нашего веселья я не могу воспринимать его слова всерьёз.
– И тем не менее, бешу…
– Испытываешь на прочность, – поправляет он меня. – Как крипторынок в период резких колебаний проверяет инвестора.
– Я ничего не поняла, объясни!
– Это надолго, – увиливает он.
– Ты думаешь, я не знаю, что такое криптовалюта?
– Думаю, ты слышала о таком понятии.
– Спасибо и на этом!
В таком игривом настроении мы добираемся до его дома. Смеясь, заходим в подъезд и поднимаемся на лифте. Но когда заходим в квартиру, наши взгляды встречаются, и мы больше не произносим ни слова.
Его глаза окутывает дымка желания, вызывая во мне ответный трепет. Миша смотрит на мои губы, я чувствую на своём лице его горячее дыхание. Крепко прижав к себе, он вдыхает запах моих волос, зарывается в них пальцами.
– Ангелина, – шепчет хриплым голосом. – Хочу тебя сильно. Всегда.
– И я хочу…
Снова приехала сама, и ни секунды об этом не жалею. Прижимаюсь к нему всем телом, и мы начинаем целоваться. Сначала медленно и чувственно, а затем, ускоряясь, переходим на страстный, нетерпеливый темп. Я хочу, чтобы он снова уложил меня на свой диван и осыпал поцелуями, не давая передышки. Словно прочитав мои мысли, Миша подхватывает меня под бедра и несёт в комнату. Опускает на диван и ложится рядом.
– У тебя ничего не болит? – спрашивает он, ласково положив руку на мой живот.
– Ты уже спрашивал…
– Это было вчера...
– … и сегодня всё в порядке, – заверяю я, вытаскивая его рубашку из брюк.
От Миши исходит невидимый, но сильный поток энергии, заставляющий меня совершать все эти действия. Там, где лежит его ладонь, начинает припекать, и от этого места исходят жаркие волны, клеточка за клеточкой обжигая всё моё тело. Я по своей воле подчиняюсь ему и одновременно заставляю его покориться. То, что происходит между нами – это что-то нереальное, магическое.
Глава 32
Не отрывая от меня взгляда, Миша встаёт и начинает раздеваться. Сначала расстёгивает пуговицы на манжетах рубашки, затем одним движением снимает её через голову. Я молча наблюдаю за ним. Его движения лёгкие, но в тоже время сосредоточенные. Его обнажённый торс идеален: тугие мышцы, рельефные вены, кажется, они всегда в напряжении, но нет, они просто усердно накачены.
– Разденься, – тихо просит он, прерывая моё восхищённое разглядывание.
Я не ослышалась? Раздеться перед ним так же, как он разделся передо мной?
– В чём дело? – уточняет он, тем временем расстёгивая ремень брюк и ширинку. – Ты же у меня смелая девочка.