– Любовь… – задумчиво тянет он.
Знаю, что Глеб после развода уже долгое время один. Хотя, как сказала мама, он поделился с ней изменениями в своей личной жизни. Спрошу об этом у него позже, сейчас я не в том настроении…
– Мама злится на меня и растеряна. Что теперь будет?
– Я поговорю с ней, всё будет хорошо, – уверяет Глеб.
Я в относительно спокойном настроении выхожу из его кабинета. Глеб провожает меня. Мы идём вместе по просторному холлу, и я не могу удержаться от того, чтобы не озираться по сторонам.
– Всё в порядке? – уточняет Глеб.
– Где офис Миши? – спрашиваю напрямую.
– Этажом ниже. У тебя дела с ним какие-то? – на лице Глеба появляется подозрительный прищур и полуулыбка. Но мне всё равно, и я не хочу ничего скрывать.
– Дела, да, – говорю спокойно.
– Ну тогда ты должна знать, что он уже одной ногой в Эмиратах.
– Где? – недоумеваю.
– Объединённые Арабские Эмираты, страна такая на Ближнем Востоке, – иногда Глеб бесит ужасно.
Смотрю на него пытливо.
– Его друг открывает там бизнес. Миша к нему присоединяется, – поясняет он наконец. Полагаю, хочет организовать своё дело. Хорошее решение. Я бы на его месте не сомневался. Перспективное место.
Глеб говорит, как ни в чём не бывало, но каждая его фраза всё глубже и глубже проникает в меня, и я начинаю понимать.
– А у тебя разве бесперспективное? – пытаюсь держаться и язвить, как обычно. – Он же до твоих замов дослужился, насколько я поняла.
– Так я его не навсегда отпускаю, – ехидно усмехается он.
С самоуверенностью у Глеба всегда всё было в порядке.
Но у меня в голове одно: уезжает! А как же я? И не сказал ни слова!
– Но это его решение, я его уважаю, – продолжает добивать меня голос Глеба, – ему нужно реализовать свой потенциал, поэтому останавливать его нет смысла.
Он специально мне это говорит?
Такое ощущение, что да!
Прощаюсь с ним, и в лифте я еду одна.
Нет, на этаже ниже не выхожу, но пишу сообщение.
«Привет, Миша, я вышла от Глеба».
Хочу добавить: «Встретимся, поговорим?», но пальцы застывают над экраном. Я тут же получаю от него входящее: «Нам не стоит общаться, Ангелина. Так будет лучше».
Глава 38
Сутками раньше
Тяжелый вздох Сергея разлетается по комнате. Он зарывается пальцами в свои и без того взъерошенные волосы, запрокидывает голову, безнадёжно смотрит на потолок, будто бы там есть ответ.
– Не ожидал, – выдыхает он, словно признаваясь в поражении.
Нет, я не бросила ему, что полюбила другого. Я сказала: «Очень сильно увлечена другим». Сделала так потому, что эта информация ему не интересна, а потому, что боюсь признаться самой себе. Оказывается, не так просто распознать это чувство, осознать, принять его, если оно настоящее. О нём не будешь кричать на каждом шагу и не станешь делиться им без повода. Когда оно рождается в самой глубине сердца, приходит осознание: всё, что было до этого – блёклый пепел. Он легко растворится в воздухе, а это чувство останется навсегда. Хочется затаиться, спрятать сокровище в самое укромное место и лелеять его, оберегать от посторонних взглядов. Оно кажется таким хрупким. Спугнёшь – и упорхнёт, как дикая перелётная птица.
Зря я согласилась приехать к Савицкому в квартиру. Это было лишним. Могли бы обсудить всё в машине, на нейтральной территории, или вообще на приёме. Но Сергей был безупречно вежлив, внимателен, и я согласилась. Купилась на его обходительность, что уж тут скрывать.
В его квартире изысканный стильный интерьер, который подчёркивает индивидуальность хозяина. Савицкий – эстет по натуре, это у них, кажется, семейное. Здесь нет кричащего хай-тека или брутальных чёрных тонов, неизменно ассоциирующихся с местами жизни мужчин-холостяков. В комнате преобладают тёплые, приглушённые оттенки, мягкий текстиль и даже живые растения. Можно было бы подумать, что он живет здесь с женой или девушкой, но это не так. Он сам только что признался, что одинок и никогда не был в серьёзных отношениях. Ни разу за свои почти двадцать восемь лет! И сейчас, после моих откровений, он окончательно убедился в правоте своей теории, что семейная жизнь – не для него. Но в его взгляде нет ни тени грусти или отчаяния. Скорее обречённость того, кто доказал верность выбранного пути. Я не спорю. Если честно, я безумно устала и хочу одного – сбежать отсюда и отдохнуть. Его «не ожидал» – это, скорее, уязвленное самолюбие. Он привлекательный и «фактурный», как бы выразился мамин Вадя, пользуется неизменным успехом у женщин. Не удивительно, что признание такой малолетки, как я, поставило его в неловкое положение.