Теперь я уже не так торопилась обратно и когда просыпалась и видела разрисованные лотосами стены, втайне радовалась, что сон продолжается – а вместе с ним продолжается и эта удивительная жизнь.
Однажды утром я уже привычно отправилась в комнату Рассвета, где был приготовлен бассейн для омовения, и, тоже как обычно, пожелала остаться одна, чтобы понежиться полчаса в воде, без присмотра въедливой Яхотеп и многочисленных служанок и рабынь.
Ужасающая жара ещё не накрыла эту благодатную страну, и я наслаждалась прохладной водой, легким ветерком от реки и далеким плеском волн. Но вот волны всплеснули сильнее, а следом за этим я ощутила движение воды в бассейне.
Открыв глаза, я чуть не вскрикнула, потому что от другого края бассейна на меня в упор смотрел царь Джет-Хор. Он опустился в воду до середины груди, поставив локти на мраморную облицовку. Прозрачная вода плохо скрывала очертания его сильного мускулистого тела, и я прекрасно видела, что царь забрался ко мне совершенно голым.
Мы смотрели друг на друга и молчали. Четко очерченные губы Джета кривились в улыбке, а взгляд был пристальным и колючим.
Капельки воды застыли на мощной груди, смуглая кожа блестела, как полированная, но под ней перекатывались мышцы. Силы в этом мужчине было – на троих. Это тебе не студентики, которые занимаются тридцать минут в день на беговой дорожке. Передо мной был настоящий мужчина. Красивый, сильный, опасный, как дикое животное.
Я запаниковала и машинально облизнула губы, прикидывая, не надо ли броситься в бегство прямо сейчас.
- Доброе утро, - сказал вдруг Джет. – Ты как будто не рада меня видеть.
- Зачем вы здесь? – пробормотала я, вжимаясь в стенку бассейна и подтягивая ноги к животу, чтобы не светить бритой промежностью. Ещё я предусмотрительно опустилась в воду по плечи, хоть так скрывая голую грудь.
Мой вопрос его, казалось, позабавил. Темные прямые брови насмешливо изогнулись и приподнялись, а в янтарных глазах блеснули насмешливые искорки.
- Почему бы мне не быть здесь? – ответил он вопросом на вопрос. – Я – твой муж, ты – моя жена, а значит, мы должны быть всегда вместе. Но к чему слова? Ты не хочешь поцеловать своего любимого мужа, Нофрет?
Хочу ли я его поцеловать? Мне стало и жарко, и холодно одновременно. Любимый муж… Нофрет…
Всё так заманчиво, и так похоже на правду, но дело в том, что я – не Нофрет. И мужчина, который залез голым в один бассейн со мной – это совсем чужой мужчина.
- Сейчас я хочу искупаться, - ответила я мягко, чтобы не обидеть царя. – И хочу сделать это одна.
- Намекаешь, что не желаешь меня видеть? – он оттолкнулся от края и поплыл ко мне.
С перепугу я отпустила бортики бассейна и ушла под воду с головой.
Захлебнуться мне не позволили, потому что Джет оказался рядом и вытащил меня из воды, притиснув спиной к краю бассейна.
Теперь между нашими обнажёнными телами не было преграды даже в виде воды.
Я всей кожей ощутила близость мужчины, его стальные мускулы, твердую и одновременно нежную плоть, которая атаковала меня, пытаясь проникнуть между моих сведенных ног.
- Желаю побыть одна, - сказала я как можно тверже, сопротивляясь натиску чужого мужа.
А он напирал всё сильнее, потемнев взглядом, тычась членом и пытаясь своим коленом развести мои тесно сжатые колени.
- Не строй из себя недотрогу, Нофрет, - зашептал он мне на ухо, легонько покусывая мочку. – Мы же знаем, что тебе это нравится… Или хочешь, чтобы я сделал, как в прошлый раз?..
Прошлый раз? Я тут же вообразила десяток способов, как он удовлетворял свою царственную жену, и тут было от чего сойти с ума. Но когда Джет поймал меня за подбородок и впился мне в губы жадным поцелуем, я поняла, что действительность может превосходить любые мечтания.