— Ты устал, милый. — С нежностью в голосе спросила Лия и тут же почувствовала фальшь в своём голосе.
Недовольный взгляд Льва сказал ей, что эту фальшь уловил и он.
— Я чувствую, что роль моей жены тебя немного утомила, Хлоя.
— Нет. — Ответила Лия и рассердилась на себя. — Я просто первый раз в жизни была женой. И это как-то непривычно. Положи свёрток на стол. Я немного отдохну и займусь оформлением подарка.
Лев выполнил её приказ. Но только он освободил свои руки, как тут же обнял Лию за плечи и притянул её спину к своей груди.
— Я чувствую, что ты напряжена. Может это тебе поможет? — Сказал он и стал медленно массировать плечи девушки. Спустя минуту, Лев спросил. — Ну как, помогает расслабиться?
Лия стояла на чуть дрожащих ногах, стараясь дрожать в ритме массажа рук Льва. Говорить она не могла. В ответ лишь кивнула раз, затем ещё раз и закрыла глаза.
И тут массаж прекратился. Она стояла с закрытыми глазами и боялась даже дышать. Лия почувствовала нежного поглаживание шрама израненной щеки, и чуть приоткрыла свои глаза.
— Ты вернулась из мира грёз? — Услышала она голос Льва и только потом посмотрела ему в глаза. — А я уж боялся, что ты там останешься.
— Я вернулась. — Чуть облизав сухие губы, ответила Лия и вдруг увидела пожар страсти в глазах Льва.
— Я не дам тебе там остаться. Ты нужна мне здесь. — Последние его слова «утонули» в горячем поцелуе, который, по мнению Лии, длился целую вечность.
— Ну, вот теперь ты вернулась. — С удовольствием в голосе произнёс Лев, держа её в объятиях и тем самым усмиряя её дрожь. — Поверь мне, Хлоя, что это очень действенный метод. Смотри, как порозовели твои щечки. — Обещай, что если завтра ты почувствуешь, что падаешь в обморок, тут же обратишься ко мне за лекарством?!
— Обещаю. — Смущаясь, ответила Лия. — Я уже чувствую, что очень больна.
Глава 18
Лия стояла у зеркала и рассматривала своё отражение. Она не могла понять, что в образе жены Льва Нарвы в её наряде не хватает. Красивое сиреневое платье на тонких серебряных бретельках, уложенное по фигуре в складочки и защипы, сейчас казалось ей простым и безвкусным. Настроение её «упало». Необходимо было, что-то сделать и она решила заняться макияжем.
Один глаз она нарисовала в стиле Евы Рожковой, а другой глаз — в стиле перламутровой невинности. В это время в её комнату постучали.
— Да, мама, входи. — Спокойно сказала Лия, продолжая рассматривать себя в зеркале.
Дверь открылась, и она услышала мужской голос.
— Лия, можно войти? — Фил Клоуп не решался переступить порог. Он продолжал стоять за порогом, ожидая ответа. — Девочка, это я, а не мама. Мне очень надо с тобой поговорить.
— Фил? Как ты оказался у нас в доме. — С удивлением сказала Лия. Она отошла от зеркала и посмотрела на своего продюсера. — Проходи, конечно, я рада тебя видеть.
Но Фил Клоуп продолжал стоять за порогом её комнаты. Он не мог оторвать своего взгляда от лица Лии. А она ждала его реакции, и реакция последовала. Нет. Реакция просто взорвалась его криком.
— Лия, что ты с собой сделала?! Ты совсем заигралась в своих образах? — Фил Клоуп быстро вошёл в комнату и сильно хлопнул за собой дверью. — Ты хочешь, что бы я самолично засунул твою голову под воду и смыл с лица весь этот боевой раскрас? Лия, ты в своём уме?
— Я тоже очень рада тебя видеть, Фил. — Спокойно ответила Лия. — Мне так не хватало твоей отрезвляющей критики. — Она отвернулась от продюсера и вновь посмотрела на себя в зеркало. — Да, ты прав, это боевой раскрас! Ноя и иду на борьбу! Надо соответствовать!
Фил подошёл к ней и сказал её отражению, тыкая в него пальцем. — Это очень слабая защита в бою. Уж мне-то можешь поверить. Сила женщины не в макияже, особенно для тебя, Лия. Ты сильна своей естественностью. В крайне случае, для особо недовольных, можешь применить силовой приём.
Лия усмехнулась.
— Ты прав, Фил, но не хочется выглядеть белой вороной на этом торжестве.
— В таком красивом платье, это тебе не грозит. К тому же белая ворона — это редкая птица, и быть ею на таком приёме совсем не плохо, потому что будут замечать только тебя.
— Фил…
— Я говорю вполне серьёзно. Да ты этим и отличаешься везде, где только не бываешь. Ты и представить себе не можешь, сколько сил мне надо было потратить, что бы уладить все твои проблемы в Англии. Твой образ всех там «поставил на уши», в особенности молодого и очень настырного адвоката. Помнишь его?