– Как это все… – тихо начал он, но не договорил. Подняв руки, Геральд закрыл лицо и некоторое время просто сидел.
Мысли скакнули к герцогу Бэблоку. Поначалу Геральд подумал, что тот снова пришел с какой-то ерундой. Но все оказалось более серьезно.
Бэблок показал ему письмо своей жены к графу Коуэллу.
Конечно, Геральд слышал, что у графа весьма специфичные вкусы в постели, но раньше его это почти не волновало. В конце концов, иногда ему тоже нравилось быть чуть грубее, чем обычно.
Но убийство…
Конечно, одно письмо никак не могло стать доказательством. Имелась вероятность, что герцог решил свести счеты с графом, предоставив королю подделку в виде письма. Все-таки история с анонимным посланием выглядела слегка натянутой.
Впрочем, Геральду ничто не мешало проверить все самому.
Что там было написано во втором письме? Тайная комната на чердаке? Вот он и проверит.
Резко поднявшись, Геральд открыл дверь и отдал пару приказов. После вернулся в свои комнаты – ждать.
Долго сидеть не пришлось. Минут через пятнадцать в покои постучались. На пороге обнаружился тяжело дышащий глава тайной канцелярии. Судя по его виду, он сильно торопился.
– Садись, – Геральд кивнул в сторону дивана.
Мужчина, взяв себя в руки, уже более спокойно прошел по комнате и сел, куда ему велели. При этом он совершенно не обращал внимания на валяющие на полу осколки.
– Я хочу, чтобы вы проверили графа Коуэлла, – сказал король, внимательно наблюдая за человеком перед собой.
Начальник сыска озадаченно замер, но в следующее мгновение кивнул.
– Приказ принят, ваше величество, – торопливо произнес он, сразу принимаясь планировать, с чего начать.
Глава 10
– Где ты была?! – громко спросила Беатрис, когда Роза буквально вбежала в отведенные для нее покои. Услышав голос женщины, она поморщилась. Нужно было идти в заброшенное крыло!
– Матушка, – Роза натянуто улыбнулась. Сейчас ей хотелось обсудить все с другом, но просто выгнать женщину она не могла. – Что привело вас сюда так рано?
– Не строй из себя дуру! – крикнула Беатрис. – Где ты была? Граф всю ночь тебя искал!
– А мне что с того? – жестко спросила Роза.
– Розали, как ты можешь так поступать? Это безответственно! В конце концов, господин граф – уважаемый член общества, он не обязан искать тебя по всяким закоулкам! – Беатрис буквально пылала гневом.
Видимо, Коуэлл пригрозил ей, что заберет переданные за падчерицу средства, если Роза не найдется или не придет к нему добровольно, вот «дорогая матушка» и пыжилась.
Нахмурившись, Роза подошла к Беатрис почти вплотную и сердито на нее посмотрела.
– Еще слово – и я пойду к королю, скажу, что ты нагло продала меня старику-извращенцу, – пригрозила она, зная, что Беатрис вряд захочет вмешивать в это дело короля.
Как она и думала, как только угроза прозвучала, женщина слегка побледнела, а в ее глазах мелькнуло опасение.
– Розали, дорогая, – залепетала она. – О чем ты говоришь? Зачем тревожить его величество? Мы все взрослые люди и вполне способны решить наши проблемы самостоятельно. Я не понимаю, почему ты так упрямишься. Его сиятельство – очень добрый, чуткий и вежливый мужчина, который и мухи не обидит…
Роза не дослушала. Рассмеялась. Громко, в голос. Она не могла поверить, что мачеха действительно назвала графа добрым и чутким. Она ее совсем за дуру держит?
– Прекрати, – попросила Роза, перестав смеяться. – Я видела ту комнату, – со значением добавила она. – Вернее, пыточные инструменты в ней. Он приказал привязать меня к дыбе, – прошипела она мачехе прямо в лицо. Беатрис отшатнулась, глядя на Розу с негодованием и страхом.
– Что ты такое говоришь? – залепетала она. – Тебе, должно быть, просто показалось.
Роза отстранилась и окинула женщину презрительным взглядом. Стало понятно: та будет отрицать все, что ей скажут. Роза была уверена, что Беатрис и сама все прекрасно знала, вот только ей плевать, главное – это вырученные с продажи падчерицы деньги. А остальное для нее совсем не важно. Даже если граф расчленит Розу, Беатрис и пальцем не шевельнет. Осознав все это, Роза взяла себя в руки. Выпрямившись, она безразличным взглядом посмотрела на женщину перед собой и направилась в сторону спальни.
– Прошу меня простить, но я неважно себя чувствую.
– Что? Розали, подожди, мы не договорили…
Роза хмыкнула и захлопнула дверь прямо перед носом женщины, отчего та даже вскрикнула.
– Она не успокоится, – предупредил проклятый, слушая, как Беатрис бушует снаружи. Хорошо, что на внутренней стороне двери имелась защелка, благодаря которой мачеха не могла попасть в спальню.