- Сходите? - грубо спросила Леонида толстая тетка в нутриевой шубе, делавшей ее раза в два объемнее.
- Сходят только с ума, - ласково заметил Бройберг и посторонился.
- Не знала! - холодно поделилась откровенная леди. - Вам, вероятно, это лучше известно.
И с непонятной ненавистью осмотрела Машу. Очевидно, она слышала сравнение с Артемидой и вполне разумно считала, что двоих мужиков на Манину долю более чем достаточно...
- А вам до какой станции? - осторожно спросила Маша.
И, конечно, услышала:
- До "Университета".
Сколько же еще ей выносить этот ужас?.. Нет, она уже натерпелась, хватит, пусть Ленька сам разбирается со своей дамой сердца, а у Маши есть ее законный, родной, любимый ею жених... Бройбергу - бройбергово...
И Маня снова решительно подхватила Бертила под руку и отвела в освободившийся уголок.
- Здесь удобнее, - сказала она. - Леонид - хороший человек, но иногда очень надоедает. Он любит поболтать.
- Он влюблен в тебя, Мари? - утвердительно спросил швед. - Он влюблен и страдает!
Вот оно, пресловутое мужское единодушие, не зависящее ни от национальности, ни от возраста, ни от обстоятельств! И все вполне логично.
- Да ну что ты! - безмятежно махнула рукой Маша. - Тебе показалось! А страдать он вообще не умеет. Это ему не дано! Он легкомысленный от природы. Видишь, едет с красивой девушкой, к ней домой, а дома у него есть жена... Тоже ничего себе... И еще молодая...
- Это не имеет никакого значения, Мари, - серьезно сказал Бертил. - У меня было много жен...
- Да, ты у нас тоже специалист по женам, - пробормотала по-русски Маша и тотчас извинилась: - Прости, я хотела сказать, что ты плохо его знаешь...
- И ты тоже, - справедливо заметил Берт.
Как они все надоели ей сегодня... Просто нет никаких сил... Она хочет только одного: бросить их всех, однажды и навсегда, послать их всех подальше, грубо и однозначно, и метнуться на вокзал, ворваться в поздне-вечернюю, теплую и грязную электричку... И промчаться знакомым проспектом, взлететь без остановки на четвертый этаж, вбежать в квартиру и повиснуть у него на шее... И увидеть его темные глаза, лохматую голову, и вдохнуть в себя запах его лосьона, его волос, его рук... Вот сейчас, немедленно, бросить все и метнуться на вокзал...
Бертил пристально наблюдал за ней.
Выходи замуж и уезжай!.. Так сказала недавно Инна Иванна. Прочь отсюда как можно скорее и дальше! И выброси из головы глупости, забудь думать раз и навсегда обо всех на свете Мытищах, электричках и своих сомнительных родственниках! Здесь ты окончательно запутаешься, изверишься и сойдешь с ума! У тебя есть прекрасный вариант!
Прекрасный...
Маша взглянула на Бертила, с трудом удерживаясь от слез.
Мама, он у тебя тоже был... Это прекрасный вариант наоборот... "Если хочешь сойти с ума, лучше способа нет..."
Масяпка, родненькая...
Все хорошо, Берт, все просто отлично!..
Наконец в микрофон объявили долгожданную станцию. Маша облегченно вздохнула, но тут же с тревогой подумала: а вдруг милая пассия огромного сердца Леонида живет по соседству с Машей?.. Или вообще в одном доме...
Маша плохо знала даже соседей по подъезду. Была ненаблюдательна, невнимательна и в последнее время не часто ночевала на Университетском, нередко оставаясь у Инны Иванны. Ночевать в пустой квартире Маша не любила, побаивалась, ночами вздрагивала от любых посторонних непонятных звуков, просыпалась, вставала, зажигала свет... А теперь появился Вовка...
Бройберг весело и загадочно посмотрел на Машу.
- Мария, Леночка хочет пригласить вас с Бертилом к себе! Посидим, поболтаем, выпьем чаю...
Значит, ее зовут Леночка... И только ее милого приглашения именно сейчас Маньке как раз очень недоставало...
Хитрый Ленька тотчас повторил свое приглашение на дурном английском, повернувшись к Бертилу. Хоть бы не позорился... Леночка стояла рядом и хлопала длинными ресницами. Прелестная девочка... И на редкость сообразительная...
Бертил радостно заулыбался.
- Спасибо! Мы обязательно зайдем к вам! Это близко с домом Мари? Но, если можно, в другой раз. Может быть, завтра... Да, Мари?
И он внимательно взглянул на Машу. Слава Богу, догадался отказаться... А то ведь его могла понести нелегкая... Бывший моряк совершенно непредсказуем и неуправляем, вроде его второй жены испанки. Раньше так назывался в России грипп...
Они все вместе, дружной четверкой, вышли на Ломоносовский проспект.
- Пойдем пешком? - спросила Маша Бертила. - Тут недалеко. Троллейбуса не дождешься...
Жених кивнул и вопросительно показал глазами в сторону Бройберга и Леночки, которые неотступно следовали за ними по пятам.
- А вы где живете? - спросила Маша милую даму, мечтая как можно скорее отвязаться от ее почетного сопровождения.
Какое счастье: девушка жила возле театра Джигарханяна!..
Маша и Бертил радостно помахали вслед Леночке и Леониду, еще раз клятвенно пообещав зайти к ним на днях, и двинулись к Университетскому проспекту мимо цирка. На ходу Маня давала короткие разъяснения. Быть экскурсоводом оказалось нелегко: все-таки очень непростая и довольно занудная профессия.
- А вот там, - Маша затормозилась на перекрестке, - вот там, в саду Астрономического института, где обсерватория и телескоп, глядящий на звезды, весной поют соловьи...
Она замолчала, вспомнив, как часто в студенческие годы они с Вовкой слушали здесь соловьиное щелканье... И смотрели на звезды... Без телескопа...
- А в Швеции есть соловьи?
Бертил замялся.
- Странно, Мари, но я не могу ответить на такой простой вопрос... - смущенно отозвался он. - Я слишком долго не жил там... плавал и оставался в других странах... Наверное, есть... Вот ты приедешь и найдешь их весной по свисту...
- Ну, да, обязательно... - пробормотала Маша. - Весной...
Весной в Москве без нее неясно забормочет о чем-то в трубах грязная вода... Весной здесь без нее зашушукаются с ветром стремительно зеленеющие деревья... Весной без нее загомонят птицы и начнут разбивать крыльями сопротивляющийся воздух...
Весной без нее Инна Иванна вновь наденет свое летнее безвкусное, разлезающееся по швам крепдешиновое платье в цветочек и грустно, одиноко поплетется в магазины на Сухаревку, тоскуя по Антошке...
Весной Вовка найдет себе другую женщину... Потому что "лучше быть сытым, чем голодным, лучше жить в мире, чем в злобе, лучше быть нужным, чем свободным, это я знаю по себе..."
Весной...
- Весной мы поедем с тобой к морю, в мой маленький, но очень уютный домик, - сказал Бертил. - И ма Берта будет рядом. Я почему-то уверен: вы обязательно понравитесь друг другу... А ты любишь животных, Мари? Или только птиц?
- Животных?.. - рассеянно переспросила Маня. - Что ты имеешь в виду? У тебя в дачном саду живут северные олени, а на берегу пасется стадо моржей?
Берт засмеялся.
- У меня дома две милые персидские кошки и три собаки - афганская борзая, колли и сенбернар. А, кроме того, два хомячка, пара волнистых попугаев и аквариум с рыбками.
Маша ошеломленно замолчала. Две кошки и три собаки?..
- А зачем так много? - в замешательстве прошептала она. - Нет, я, конечно, люблю собак... И кошек тоже... Но не в таком количестве...
Жених разочарованно вздохнул.
- Я так и думал... Ничего, мы что-нибудь придумаем... Кошек с удовольствием возьмет ма. Колли заберет Хуан, он до сих пор умудряется ездить верхом на этой умной и безотказной собаке... Настоящий ребенок, избалованный Кончитой!
- Мы, наконец, пришли, - объявила изнервничавшаяся и замученная Маша. - Вот мой дом!
Что там делает сейчас Вовка?..
В квартире стоял затхлый воздух давно непроветриваемого помещения, пахло пылью и еще какой-то неопределенной дрянью. Зато тепло.
- Раздевайся, Берт, - зажигая свет, сказала Маша.
Она с удовольствием сняла жакет и сапоги и распахнула настежь окна в комнате и на кухне. Потянуло прохладой, сыростью и бензином близкого Ленинского проспекта.