Адам уставился вдаль. Гроза приближалась. Он видел, как она собирается, через широкие двери ангара. Тяжелые серые тучи низко нависали над столь же серым ландшафтом. Неподалеку завели шаттл, рев двигателей был таким громким, что разговаривать стало сложно. Огни вспыхивали красным и белым, когда он медленно двигался, и механики убегали с его пути.
— Она смогла попасть сюда, — сказал он, повышая голос, чтобы его было слышно сквозь шум. — Прошла через все проверки. Я думаю, что бы мы ни искали, это не будет просто лежать на поверхности и ждать нас.
— Хорошо, давай еще Бона подключим. Полезно, когда вопросы будет задавать представитель Службы безопасности корпорации.
Адам медленно кивнул.
— Луиза — это не настоящее ее имя. Я уверен.
Шеф прищурился, глядя на него.
— Она твоя жена, Адам?
Он понял, о чем его спрашивал этот человек, и ответ мог быть только один.
— Безусловно.
— Ну, тогда хорошо. Давай приступим к работе.
Что-то ударило Луизу по лицу. Сильно. Он ударил ее по щеке, и боль пронзила ее насквозь. Затем раздались крики. Они нашли ее.
Она в панике сползла с кровати. Датчики отслеживали ее движение и освещали комнату теплым светом. Ее пульс бился, как барабан в голове, сердце колотилось, когда она пыталась дышать. Она крепко спала, ведь уже почти полночь, но не сейчас.
Черт. Щека ее горячо пульсировала.
Она развернулась и оглядела пространство безумными глазами. Ничего. В доме, казалось, не было никого, кроме нее и Адама. Какого хрена?
Он лежал на середине кровати, тело было покрыто потом, голова металась из стороны в сторону на подушке. Покрывало было сброшено.
Ночной кошмар. Ему снился кошмар. Его рука лежала поперек ее половины кровати.
— Нет! — вдруг проревел он.
— Адам. — Она снова забралась на кровать, опасаясь его размахивающих рук. — Адам, проснись.
С закрытыми глазами он вздрогнул, разинув рот, хватая ртом воздух, как будто задыхался. Как будто из комнаты высосали весь кислород.
— Адам. Малыш, проснись. Посмотри на меня. — Луиза оседлала его грудь, прижав ладонями его широкие плечи. Мышцы напряглись — он мог легко причинить ей боль снова, сам того не зная. Его большие руки больно сжимали ее плечи, а голубые глаза смотрели на нее, не понимая.
— Эй. Все в порядке. Ты в безопасности, — промурлыкала она, не обращая внимания на то, как его пальцы впились в нее. — Все хорошо. Ты дома в постели со мной. Посмотри на меня, Адам.
Он быстро заморгал
. — Принцесса?
— Да. Это я.
Адам втянул воздух сквозь стиснутые зубы, и его руки упали с нее обратно на кровать.
— Вот, блин. Мне жаль. Его тело напряглось под ней. — Я весь вспотел, мне лучше пойти…
Луиза прижалась ногами к его бедрам и склонилась над ним, прижимая его обратно к кровати.
— Даже не думай об этом, приятель.
Он издал какой-то звук. Прозвучало как-то обиженно. Очень жаль.
— Тссс. — Она поцеловала его в щеку, поставила локоть рядом с его головой и поцеловала еще раз, между жесткой линией его скулы и подбородка. Соленый пот с его кожи вскоре покрыл ее губы. — Расслабься.
Медленно-медленно его дыхание успокаивалось. Нежное прикосновение к его груди успокаивало ее.
— Вот так, — прошептала она.
Он скользнул ладонью по ее рукам, дружески и пренебрежительно похлопал по плечу. Он все еще выглядел грустным. Даже со всеми этими синяками нельзя было ошибиться в том, что он нахмурился. — Со мной все нормально. Прости, что разбудил тебя.
— Полагаю, ты не хочешь говорить о своем кошмаре?
— Нет. Спасибо.
— Такой вежливый, — сказала она. — Тебе часто снятся такие кошмары?
В приглушенном свете, когда он смотрел на нее, его голубые глаза были, как небо после бури или что-то столь же поэтичное. У нее не было слов, чтобы описать, насколько замечательным он ей казался. И она не могла сказать ему, что понимает его. Что ей тоже снились кошмары. Солгав Адаму, во рту остался дурной привкус. Он покрыл ее язык и скользнул вниз по горлу. Когда-нибудь это может задушить ее. Она ненавидела это.
— Адам?
Нет ответа. Ладно, он не хотел разговаривать. Поэтому она снова поцеловала его, коснувшись губами уголка его рта, осторожно избегая раны на губе. Затем она поцеловала его в скулу и впадинку на щеке, прежде чем вернуться к его рту.
— Все в порядке.
Она целовала его снова и снова, нежно, ласково. Его губы были поджаты, дыхание теплое. Он выдохнул, и она вдохнула, его губы чуть приоткрылись для нее.
— Я в порядке, — пробормотал он. Его член уперся во внутреннюю сторону ее бедра, натягивая мягкие спальные штаны. — Это был просто дурной сон. Ничего страшного.