Хлопнула входная дверь, послышалась уверенная поступь. Решив выполнить задуманное завтра, Елизавета закинула упаковку на полку для шапок. Тут же в прихожую ввалился Григорий. В руке он держал пухлый красный мешок, расшитый золотыми снежинками.
– О! Елизавета Тихоновна, вы меня аж с порога встречаете! – воскликнул ординарец, раскинув руки для объятий.
– С наступающим, Гриша! С наступающим! Проходи, мы уже начали отмечать.
– Ну-у, где тут детня-ребятня! – зычно пробасил он, устремляясь в гостиную. – Дед Мороз пришёл, подарочки принёс!
Арина, хлопая в ладоши, бросилась навстречу.
– Ещё гостинцы?!
Старшие выскочили из-за стола следом.
– И мне!
– Я тоже хочу!
– Какой же Новый год без пода-а-арков? – протянул Григорий, доставая из мешка блестящие кульки. – Во-от, это тебе, послушная девочка Арина. А это тебе, отличница Надежда. Ну и братца вашего я не забыл.
Получив пакеты, Коля с Надей принялись потрошить. Арина продолжала с любопытством смотреть на красный мешок, который ничуть не уменьшился.
– Гриша, а что там ещё? Дай загляну.
– Ах ты, глазастая какая! Ничего от тебя не скроешь. Но не спеши! Это отдельно заработать надо. Сначала спо-о-ой, спляши-и-и да тала-а-анты покажи, – протянул он, опуская голос ниже.
Арина без промедления затянула «Катюшу».
– Молоде-ец, певунья! Теперь получа-ай, что полагается.
В следующее мгновение он выудил из мешка большую куклу-японку точь-в-точь как на городских афишах: с обведёнными чёрным, раскосыми глазами, ярко-красными губами на выбеленном лице; в цветастом кимоно и блестящих туфельках.
Арина, казалось, перестала дышать. Потом проговорила тихо:
– Это мне? – и, бережно приняв протянутую красавицу, прижала к груди.
– Раз дали, значит, тебе, – налетела Надя. – Дай-ка посмотреть.
Не отбирая у сестры куклу, она отогнула запахнутую полу наряда.
– Смотрите, там другое кимоно! – воскликнула восхищённо. – А там ещё… И ещё… Сколько же у неё одёжек?! А на ногах-то, вон что – капроновые чулки… Вот это да!
Чудо-кукла заинтересовала даже Колю. Пока сёстры восхищались нарядами, он ощупывал рассыпавшиеся по плечам волосы и резиновые ручки с пятью тонкими пальчиками на каждой, приговаривая:
– Надо же, как живая…
– А я уже придумала имя. Это Настя.
– Х-ха, – хохотнул брат. – Не смеши, Аринка. У японцев нет такого имени.
– Мария же есть… И вообще, мы скоро домой поедем, а там она будет русской.
– Ну, вы ещё из-за имени разругайтесь, – вмешалась Елизавета. – Забыли, что тут почти настоящий Дед Мороз? Только бороды и усов не хватает, – она посмотрела на Григория: – А у нас, между прочим, талантов прибавилось. Надя уже месяц занимается музыкой… Давай-ка, доченька, сыграй. Может, в мешке и для тебя ещё что-нибудь отыщется.
– Ой, я пока только «Маленькой ёлочке» могу, да и то одной рукой.
– Ничего-ничего, в самый раз к празднику.
Дочь уселась за фисгармонию. Мерно вдавливая ногой педаль, заиграла. Арина с конфетой за щекой запела. На полуфразе её подхватил Коля. Когда песня завершилась удалым: «Э-эх!», взрослые захлопали.
Сестра с братом замерли в предвкушении, наблюдая, как Григорий одну за другой достаёт из мешка коробки, а затем, словно сговорившись, нетерпеливо выхватили у него из рук каждый свою.
– У меня в пенале ручки с разноцветными чернилами и чернильницами в придачу! Давно такие хотела! – радостно воскликнула Надя. – Коль, а что у тебя?
Брат не ответил. Глаза его бегали по упаковке с рисунками и надписями.
– Ну-у? Чего молчишь?
Оторвавшись, он вскинул взгляд на ординарца.
– Это модель самолёта? – спросил неуверенно.
– Так точно! – весело отрапортовал тот. – Штурмовик ИЛ-2. Точная копия самого массового самолёта в истории мировой авиации. А ещё – символ оружия нашей победы… Ты же лётчиком хочешь стать? Вот, начинай с малого.
– Николай давно определился с профессией, – подхватил подполковник. – А вот Надюша, судя по успехам, станет пианисткой.
Выуживая из пакета плитку Бабаевского шоколада, дочь оживилась.
– На уроках у меня лучше получается. С фисгармонией трудно. Нога устаёт всё время на педаль давить.
– Хм, вот как? – заинтересованно проговорил отец и после некоторого молчания добавил: – На рояль, конечно, не рассчитывай, а вот про пианино можно подумать.
– Здорово! Спаси-ибо!
– И я тоже буду учиться играть! – воскликнула Арина, вскинув кулак с грецкими орехами и едва не уронив с колен куклу.
Елизавета подошла, с умилением обняла дочерей.
– Раз так, попрошу учительницу, чтобы помогла выбрать инструмент. Обещаю, обсудим покупку на первом же занятии после праздника.