Дождавшись, критически отметила, что широкие тарелки привлекают внимание завитками орнамента больше, чем содержимым: склеенным рисом и бледной котлетой, разломив которую нетрудно догадаться – мяса там совсем чуть-чуть, зато хлеба в избытке.
Сейчас радовало лишь то, что дети сильно проголодались и уплетают всё подряд без разбора. Успокоенная этой мыслью, Елизавета с удовольствием выпила компот из сухофруктов. Но при виде счёта снова ужаснулась. Возмущение нестерпимо рвалось наружу. Усилием воли она сдержалась, однако твёрдо решила больше никогда и ничего не покупать на вокзале.
Павел Семёнович расплатился. Поднявшись, взял вещи, повёл семью в зал ожидания.
– Вон там два свободных места, – показал, оглядев ряды. – Николай, Наденька, бегите, садитесь, пока не заняли.
– А что Аринушка? – удивилась Елизавета.
– Маленькую лучше взять с собой. Она у нас любознательная. Чем-нибудь заинтересуется, ищи потом по всей Москве.
Подойдя к старшим детям, Павел Семёнович поставил чемоданы.
– Здесь неподалёку продуктовый магазин. Мы с мамой и Ариной пройдёмся, а вам надо не прозевать вещи. Задача ясна?
– Так точно, товарищ подполковник! – вскочив на ноги и козырнув у виска, воскликнул Коля.
– Отставить, рядовой Кузнецов! К пустой голове руку не прикладывают, – шутливо бросил отец.
– А я и не рядовой, – набычился Коля.
Надя засмеялась. Брат затеял перепалку.
– Ну, и как вас одних оставить? Ещё подерётесь, как в детском саду из-за ведёрка, – укоризненно проговорила Елизавета.
Дети, хмуря брови, отвернулись друг от друга.
– Вот так и сидите, пока не вернёмся.
***
Шагая по улицам родной столицы, Елизавета восхищённо осматривалась и с волнением ощущала собственную причастность ко всему вокруг: к шумной привокзальной площади, величественным многоэтажкам, оживлённому автомобильному движению.
В просторном торговом зале продуктового магазина, куда они прошли через массивную стеклянную дверь, деловито перемещались встречные людские потоки. Однако высокие потолки и огромные окна визуально расширяли помещение, тем самым скрадывая толпу.
– Краси-и-иво, и столько вкусного, прям, как в Чурине! – воскликнула Арина, вызвав улыбки и недоумение в глазах, проходящих мимо людей. – Мама, они что, не знают магазина Чурин? – удивлённо спросила она.
– Наверное. Вряд ли кто-то из этих людей был в Китае. Скорее всего, и на Дальнем Востоке они тоже не были…
Павел Семёнович осмотрелся и, оценив обстановку, проговорил:
– Хм, придётся в очередях постоять. Надо бы разделиться. Я до мясного дойду, а ты, Лиза, с Ариной – за сладким.
В бакалейном отделе, двигаясь вместе с очередью мимо выпуклых прозрачных витрин, Елизавета успела определиться с покупками и, когда подошла к прилавку, чётко перечислила всё по списку, созданному в голове. Молоденькая продавщица проворно набрала, взвесила сушки, конфеты, шоколад, зефир, кусковой сахар, вафли. Арина рядом довольно попискивала и, казалось, глазами съедала по чуть-чуть из каждого кулька.
Отойдя от прилавка, Елизавета дала дочери воздушное облачко зефирки, и они направились к месту встречи. Павел Семёнович ожидал близ винного отдела.
– Колбаски, сырку, масла я купил. Давай-ка, Лиза, винца возьмём. Надо же будет возвращение отметить. И со своими, и с соседями за столом посидим. Как думаешь? – спросил он, шагнув к прилавку.
– Конечно, надо, – отозвалась Елизавета.
– Товарищ подполковник, возьмите «Запеканочку», – вежливо предложила продавщица. – Это ягоды и пряности, настоянные на спиртном, – повела рукой, указывая на бутылки на выставочном стеллаже. – Вот наливочка в тридцать градусов с Иркутского ликёро-водочного. Будто в печи приготовлена, как домашняя. А есть позабористее – с Саратовского завода.
– Возьмём, – деловито сказал Павел Семёнович.
– Ещё могу предложить восточнославянскую наливочку из ягод и фруктов «Спотыкач». Сладенькая. Некрепкая, всего двадцать два градуса.
– Знаю, – подполковник улыбнулся. – Тоже возьмём. Женщинам понравится.
Они забрали последние покупки и довольные вылазкой поспешили к вокзалу.
– Обратный путь всегда короче, – шутливо сказал подполковник. – Вон как быстро вернулись.
Елизавете показалось, что народу в вокзале прибавилось. Обеспокоившись, она наклонилась к Арине, объяснить, что делать, если в суматохе и толчее та случайно потеряется. В этот момент взгляд упал на мозолистую руку с чемоданом, спокойно проплывающим в противоположную сторону.