Так и вышло. Елизавета получила разнарядку для всей бригады. Пошла разносить. В последнюю очередь добралась до Насти. Жонглируя для отвода внимания накладными, в нескольких словах передала суть задания.
После смены она не могла усидеть дома. Так и подмывало своими глазами посмотреть, убедиться в положительном исходе дела. Наскоро собравшись, поспешила к назначенному месту. Для маскировки выбрала путь в обход.
Неподалёку от дома на отшибе спряталась за деревьями ближайшего перелеска. Здесь можно было остаться незамеченной, в то время как самой открывался прекрасный обзор.
Ждать пришлось недолго. Из-за поворота показалась неприметная девушка в грязно-сером пальтишке и платке, перевязанном вокруг шеи.
«Молодец Настя, не подвела», – порадовалась Елизавета.
Подойдя к калитке, связная, не обернувшись, достала корреспонденцию, опустила в почтовый ящик. Развернулась, собираясь возвращаться.
Неожиданно ей навстречу вылетел мотоцикл. Едва не сбив, заскрежетал тормозами. Двое в чёрном, сверкая свастикой на рукавах, соскочили на землю. Один схватил Настю, заломил руки за спину. Другой опорожнил содержимое почтового ящика. Принялся перебирать сложенные конвертами листы. Потом что-то выкрикнул. Державший, тут же отпустил пленницу и одобрительно похлопал по плечу. В следующую минуту, они, оседлав мотоцикл, с рёвом скрылись из вида. Настя заспешила следом.
«Уф, – выдохнула Елизавета. – Как сердце чувствовало, что надо для начала проверить. Ишь, как обрадовались, когда у русской обнаружили свои агитационные листовки».
По дороге к Антонине Ивановне она размышляла, кто мог оказаться предателем. Верить не хотелось, но все предшествующие события указывали на бригадира. Та в последний момент соскочила с задания; почему-то предположила, что на замену поставят именно Елизавету; знала, что Настя пойдёт с поручением именно сегодня, и тут – засада…
На стук в окно долго не реагировали. Наконец из-за приоткрывшейся двери высунулось недоумённое лицо Антонины Ивановны.
– Не ожидала вас так скоро увидеть. Что-то пошло не так?
Елизавета вошла, изложила всё по порядку.
– Хороший трюк с листовками вы провернули, – заключила старшая, выслушав отчёт о предварительной операции. – Ту конспиративную квартиру придётся сменить, а пока воспользуемся дополнительным вариантом.
Получив информацию о новом условном месте, Елизавета ушла. Но торопилась она не к себе. Что-то тянуло к тому дому.
Задворками вернулась к месту засады. Обняла берёзу, стала наблюдать. Простояв так с полчаса, подумала: «Как же медленно тянется время, когда ждёшь. А ещё дольше, когда не знаешь, чего именно. Пожалуй, пойду, скоро сумерки, становится ничего не видно».
Она оттолкнулась руками от ствола, но, качнувшись, тут же припала снова. К дому уверенной походкой шагала женщина.
«Это же крановщица!» – узнала Елизавета и, прилипнув к берёзе, замерла.
Та обошла вокруг вдоль забора. Толкнула калитку палисадника. Оказавшись внутри, поднялась на цыпочки, заглянула в тёмное окно, потом в другое.
«Похоже, там пусто. Как быстро наши предупредили связного, – порадовалась Елизавета. – Интересно, куда она направится теперь?»
Оставив наблюдательный пункт, держась на расстоянии, последовала за удаляющейся крановщицей.
Вскоре стало понятно, что та шагает прямиком к её улице. Чем ближе становился дом, тем отчаяннее трепыхалось сердце. «Что этой здесь понадобилось? Неужели прознала, где я живу?» – подумав так, Елизавета чуть не пустилась вдогонку. Однако вовремя увила, что крановщица, обогнув угловую постройку, свернула на соседнюю улицу.
На крыльце комендатуры та оглянулась, скользнула внутрь. Через некоторое время вышла, улыбаясь. Но видимо, опомнилась, вмиг поджала губы. Лицо приобрело прежнее злобное выражение. У Елизаветы, наблюдавшей из-за угла, не осталось сомнений: это и есть перебежчица.
Пришлось снова потревожить Антонину Ивановну.
– Скорее всего, она давно наводила справки о той конспиративной квартире, – вполголоса докладывала Елизавета, не проходя в комнату. – Потом дошли слухи или кто-то ненароком сболтнул о сборе писем. Думаю, шпионка связала отсутствие на работе Ольги Палны с передачей почты. Донесла. Фашисты выследили, а тут – на тебе: и не бригадир, и не запрещёнка.
– Отлично сработано, Елизавета Тихоновна. Дальнейший план определён. Выждите денёк и действуйте. А сейчас идите уже домой и при любых обстоятельствах сегодня сюда не возвращайтесь, это может навлечь подозрения.