В этот момент мне позвонили на рабочий телефон и я уже не слышал, о чем она болтает. Погрузился в работу. Девица в скором времени вроде примолкла. По крайней мере, я больше не отвлекался на нее.
Незаметно наступил обед. Я вспомнил про начальника. Придётся идти на поклон, отнести ему пиццу. Новая сотрудница встала, взяла сумочку и молча покинула кабинет. Время обеда, имеет право. Правда, я хотел ее пиццей угостить, может добрее к людям станет? Но она ушла, что ж, я скучать не буду.
Взял пару кусочков пиццы, положил в коробку и отправился к начальнику. По пути заглянул в самый большой кабинет, где работает основная масса сотрудников, и подал им знак головой, приглашая официально продолжить банкет. Кто-то чуть слышно спросил: «Ты на "ковер" к «Бороде» пошел?»
Я только кивнул утвердительно, сам ведь напросился. Мне пожелали удачи, кто-то даже перекрестил в воздухе. Хорошо хоть святой водой не побрызгали и чеснок на шею не повесили. Как дети, честное слово.
Я постучался в кабинет руководителя. Услышал за дверью:
– Кто там еще?
Захотелось развернуться и свалить отсюда. По трем словам понятно, что шеф не в духе. Пообедаю и на фиг по лесам, по полям. Улучшать настроение, дышать свежим воздухом. Приоткрыл дверь, заглянул к нему в кабинет. Начальник стоял у своего стола и смотрел на открывшуюся дверь. Я обратился к нему:
– Сергей Муратович, я к вам с пиццей на пару секунд только заглянул.
Его взгляд слегка потеплел. Обрадовался видимо, что я не с проблемами и жалобами пришел.
– А, Сомов. Заходи.
Уже привык, что начальник редко называет меня по имени и отчеству. Наверно всем моя фамилия нравится, а быть может, люди просто не любят сложно сочетаемое - Евгений Дмитриевич. Хотя чего тут сложного? Бывают имена и отчества вообще не выговариваемые.
Я прошел в кабинет, положил коробку с пиццей к нему на стол. Он сопроводил мои действия взглядом и спросил:
– Как назвал сына?
Он запомнил повод? Неожиданно. Думал, что для него это просто очередное сборище лоботрясов.
– Миша, Михаил Евгеньевич.
Шеф не поменялся в лице. Вообще ноль эмоций. Внешне - скала, ни один мускул не шелохнулся. Но я видимо ошибался, просто он не показал вида, но внутри все-таки эмоции были, так как он произнес:
– Хорошо звучит. Еще раз поздравляю. Тоже всегда хотел сына, но судьба подарила только единственную дочь. Надеюсь, что хоть внуков от нее дождусь. – Он сделал глубокий вздох и выдох. – Ладно, это все лирика. Вернемся к работе. Как там новый сотрудник? Вошел в курс дел?
Испепеляет меня своим тяжелым взглядом. Хотелось бы на его жену посмотреть. Кто та мужественная и смелая женщина, которая живет вместе с ним? Под его взглядом сложно быть милым и добрым. Только стойким и собранным.
– Вроде да. Думаю, втянется.
Не буду жаловаться, что дерзит и хамит. Сам разберусь, не маленький мальчик, чтобы бежать и «стучать» сразу. Мы же один коллектив, одно целое.
– Главное, что в работу вникла и принесла нам пользу. Присматривай пока за ней. Сам понимаешь, по началу много косяков бывает. Назначаю тебя ответственным за нее. Смотри, контролируй, помогай. Потом мне устный отчет подготовишь.
Он сел за свой стол. Я так понимаю, это знак что разговор окончен.
– Хорошо. Конечно, помогу чем смогу, – разворачиваюсь к выходу. Но слышу:
– У тебя же жена работала до нее на этом месте? – останавливаюсь и поворачиваю голову к нему.
Неожиданный вопрос. Я удивлен.
– Да, все верно.
Он взял какие-то бумаги со стола и стал их рассматривать, при этом говоря мне: