- Где мой галстук? – начинал нервничать Янард.
- Кто-нибудь может застегнуть платье? – осведомилась Зенроль.
В общем, в такие моменты в раздевалках царил настоящий хаос, каждый беспокоился и был занят своими проблемами, а тикающие часы, стрелка на которых все приближалась к назначенному времени, лишь держала всех в напряжении. Однако я была спокойна как рыба в воде, ибо выступление было не таким уж и страшным, по сравнению с моим первым днем в академии, итоговыми экзаменами или же со свиданием с Шерданом. Не знаю почему, но когда секретарю послышалось совсем иное, я испугалась намного больше. Хотя… хотя я до последнего верила, что, несмотря на сегодняшнюю репетицию, которая все-таки была слегка провальной, наш с Шерданом танец будет удачным.
- По периметру, - строго скомандовала госпожа Мелинель, войдя к нам, от чего мы по выработанной привычке выстроились у стены. - До выступления час. Вы готовы? – она оглядела нас суровым и снисходительно оценивающим взглядом. – Неплохо, - тяжко вздохнула она.
Вообще, получить похвалу от преподавательницы было трудным делом, вывести госпожу Мелинель из себя было намного проще, чем привести в восторг. Но мы не жаловались.
- Янард, приведи свою обувь в порядок. Ты приехал к бабушке на огород? Что это такое? – она с неподдельным изумлением взглянула на маленькое, едва заметное пятнышко на его обуви, от чего он покрылся румянцем и тут же закопошился, ища какие-нибудь салфетки.
- Юдера… - протянула она, остановившись напротив очаровательной блондинки с слегка вьющимися волосами. – Где твои заколки? – госпожа Мелинель ткнула пальцем в ее прическу. – Ты идешь на отчетный концерт или на сельские пляски? Почему юбка мятая?
Юдера кивнула и тут же поспешила исправлять проблему, а вот преподавательница двинулась дальше. Покружив вокруг нас словно коршун, вылетевший на охоту, она все же одобрительно кивнула и направилась к выходу, заставляя нас облегченно выдохнуть. Но мы рано обрадовались, потому что она резко развернулась на каблуках и, подойдя ко мне вплотную, рыкнула:
- Талия, - преподавательница остановилась напротив меня, - где твое ожерелье? – госпожа Мелинель бросила взгляд на Юдеру, потом на Зенроль, а потом и на всех остальных девушек, но ни у одной из нас ожерелий не было.
- К сожалению, мы их еще не нашли, - мягко улыбнулась я, разведя руками, но госпожа Мелинель не была настроена также как и я оптимистично.
- Ваше выступление через час, а вы еще не готовы! – начала она громко возмущаться, а мы дружным коллективом тяжело вздохнули. Все-таки госпожа Мелинель нашла причину, чтобы немного поругаться на нас. - Вы хоть знаете, как они дорого обошлись нашей студии? Немедленно найдите их!
Нам бы, так или иначе, пришлось бы заняться их поисками, поэтому мы принялись осматривать все коробки. Наши вещи перенесли в эту комнату без нашего ведома, а потому все аксессуары и другие важные элементы перемешались в коробках и найти в этом бардаке что-либо было проблемой. Но возможно, те ребята, которые перенесли наши вещи просто забыли их где-то или же потеряли…
Мы вскрывали одну коробку за другой, но то ли у госпожи Мелинель было второе чутье, то ли она была провидицей, но… ожерелий мы не нашли. И это уже не была разбитая кружка, это была настоящая проблема. Во-первых, ожерелья являлись частью нашего образа, без них наряд смотрится незавершенным. Во-вторых, стоят эти ожерелья действительно немало и производились они также на заказ, а потому купить такие же или похожие сейчас просто невозможно.
- Я же не могла оставить их дома? – руки у Зенроль начали дрожать, ведь именно она в коллективе отвечала за все аксессуары. – Но я точно взяла их с собой, - пыталась она убедить госпожу Мелинель, но той было все равно:
- Меня не интересуют твои переживания. До начала выступления у вас полчаса найдите их, иначе на сцену можете даже не выходить. Ясно? – жестко отчеканила она и вышла из раздевалки, громко хлопнув дверью и сказав напоследок. – Это проблема только девушек, если мужчины станут помогать им в поисках, то могут забыть о дальнейших выступлениях.
Мы очень любили и ценили госпожу Мелинель, но порой она перегибала палку и где-то в глубине души я была рада, что это мое последнее выступление и дальше и я смогу забыть о подобных казусах и неприятностях.
До выступления оставалось полчаса, и мы перерыли всю комнату, даже сходив в прошлую раздевалку, но никто нигде не видел наши ожерелья, и у нас даже не было предположений, где же именно они могут находиться. Все, что могла вспомнить Зенроль, так это то, что оставила украшения на подоконнике после утреней репетиции, но их там не было. Поскольку искать в других частях театра было очень долго и маловероятно, мы направились в гостиницу, думая, что кто-то все же мог перенести и оставить их там.