— Авария. — Сказал то, что первое пришло на ум. — Но ты не переживай, всё обошлось. Как видишь я жив. Все со мной хорошо.
— Ты называешь это хорошо? — Она протянула руку и коснулась к моей разбитой губе. В этом прикосновении было столько нежности, что я замер, не шевелился, чтобы не спугнуть и продлить эти чудесные мгновения. Когда она хотела убрать руку, я поймал и поцеловал хрупкое запястье. Она, как завороженная, следила за мной, а затем покраснела до самых корней волос, потому что я продолжил свое занятие, постепенно передвигаясь от запястья к сгибу локтя.
— Что ты делаешь? — Она поспешно отдернула руку.
— А что ты делаешь в моей комнате? — она растерялась. Начала заикаться, говорила сбивчиво и в конечном итоге ничего не смогла объяснить. Мне пришлось «заткнуть» ей рот поцелуем. Сначала целовал нежно, уже потом, не чувствуя сопротивления я углубил поцелуй. Мои руки блуждали по её телу, изучая каждый изгиб, прокрадываясь под одежду. Как же я мечтал об этом. Рывком посадил её на туалетный столик, покрывая тонкую шею поцелуями. Она тихо застонала, побуждая меня к дальнейшим действиям. Руки сами нашли её чувствительные места, начиная ласкать. Её сбивчивое дыхание и громкие стоны дали понять, что она близка к разрядки. Она получила своё удовольствие. Вцепилась в мою футболку. И, черт возьми, именно в этот момент боль дала о себе знать. Я застонал от боли в боку.
— Черт. — Посмотрел на неё. Она что, плачет? — Маш? Я что, сделал тебе больно?
— Н-нет. Тебе больно. — Из её горла вырвался всхлип.
— Ты плачешь, потому что мне больно? — Я не понимал, что с ней происходит.
— Нет. Я просто… я никогда не испытывала то, что было сейчас. Когда мы с Сергеем занимались… ну этим… в общем были вместе, я кроме боли ничего не чувствовала.
— Он тебя насиловал? — Она мотнула головой.
— Я думала, что у всех так происходит. То есть… я… я наверное пойду.
— Нет. Останься со мной этой ночью. Мы просто поспим рядом. Обещаю не лезть к тебе. Хорошо? — Она кивнула. Я аккуратно взял её на руки и понес к кровати. Так же аккуратно уложил в постель. Лег рядом, накрыл нас одеялом. Она заснула, как только голова коснулась подушки. А мне не удалось заснуть. Оказывается мой брат не такая уж и жертва, как пытался показывать. Он был обычным моральным уродом, который получал удовольствие от чужой боли. Но теперь её никто не тронет. Я не позволю. Она моя, только моя.
Первые лучи солнца проникли в комнату. Наступило утро, очередного зимнего дня. Нет, не очередного, а необыкновенного. С сегодняшнего дня она начнёт свою жизнь заново. Я для этого сделаю всё. Я встал и отправился в душ. Посмотрел на своё отражение в зеркале. М-да, видок у меня отвратительный. После водных процедур, завернув полотенце вокруг бёдер я вошел в комнату. В ту же секунду Маша нырнула под одеяло, притворяясь, что спит.
— Я знаю, что ты не спишь. Выходи из прикрытия. — Я улыбнулся. — Почему прячешься? — Подошёл, сел на кровать и медленно начал стягивать одеяло с неё. — Доброе утро. — Наклонился, чтобы поцеловать, но она отвернулась. — Что случилось?
— Егор, понимаешь… — Начала она, смотря куда угодно, но не на меня. — Это все не правильно. Вчера я… я…
— Вчера ты получила удовольствие и в этом нет ничего постыдного. Мы взрослые люди со своими чувствами. Мы ничего неправильного не делали. Мы муж и жена.
— Мы не должны. Рано или поздно это все закончится. Мы разведемся. Ты найдёшь себе другую и будешь развлекаться с ней, а мне что прикажешь делать? Я так не смогу, понимаешь? Не хочу снова страдать. Я настрадалсь уже, больше не хочу. — Выдала мне на одном дыхании и вышла из комнаты.
Глава 13
Маша
Проснулась от шума воды. Первым делом начала осматривать комнату. В глубине души все ещё была маленькая надежда, что то, что произошло ночью, было моим воображением.
Да, мне было хорошо. Нет не так, то что я почувствовала ночью это было вау. Когда он начал целовать меня, я сначала хотела оттолкнуть, но потом во мне проснулась прежде не знакомое мне пьянящее чувство. Мне захотелось продлить момент. Еще чуть-чуть, и я оттолкну. Но потом и это желание куда-то исчезло, тогда я сама захотела, чтобы он не останавливался. Знала, потом мне будет стыдно, но об этом я буду думать потом. И это потом наступило утром, когда я лицом к лицу столкнулась со своей совестью. Мне никогда не было так хорошо, но это не должно повториться. И я решила озвучить свои чувства вслух. Высказала ему все и вылетела из комнаты.
Решила привести себя в порядок и заскочить в гости к Зое Матвеевне. Знаю, что это похоже на бегство, но лучше так, чем остаться наедине с ним.