— Маша, пожалуйста, поговори со мной. Кричи, ругай, вини, только не молчи. Мне больно видеть тебя такой. — По его щеке прокатилась одинокая слеза. Он что плачет? — Я сделаю всё, что ты захочешь, ты только проси. Лишь бы поговори со мной.
— Моя девочка не умерла. — Сделала последнюю попытку убедить его.
— Ты опять? — Он, кажется, разозлился. — Маша, мы уже говорили об этом. Мы её потеряли. Пойми наконец.
— Я не упала с лестницы. Поверь мне, пожалуйста. В доме был кто-то. Он толкнул меня, я ударилась головой и упала в обморок. Я не могла упасть с лестницы.
— Я знаю. Мы поймали его. Он сам сказал, как все было. Он же подтвердил всё, что я тебе уже сто раз говорил.
— Егор, ты только что сказал, что сделаешь для меня всё, что я попрошу. — Он кивнул. — Я хочу развода. Нас больше ничего не связывает. Нет смысла жить вместе, двум людям которые не доверяют и не верят друг другу.
Глава 21
Егор
— Маша, ты сейчас не в себе и поэтому просишь меня о таком и…
— Нет. Подожди. — Она не дала мне договорить. Встала с кровати, подошла к окну и смотрела вдаль. Будто там что-то есть, на что можно посмотреть. — Ты дал слово, что исполнишь все мои желания. Что для тебе важно, чтоб я была счастлива. Так вот, я хочу развода. И если хочешь меня осчастливить, то должен согласится.
— А как же чувства? У нас же есть чувства друг к другу.
— То что мы испытываем, называется физиология, физическая потребность, желание удовлетвориться, называй, как хочешь. — Она говорила ледяным тоном, доказывая свою решительность. — Я не знаю, что ты чувствуешь ко мне, но уверенно могу сказать, что я тебя не люблю. Мне просто захотелось, почувствовать себя женщиной, в объятиях опорного партнёра, вот и все.
Я больше не мог терпеть. Каждое, сказанное ею слово, как острый нож вонзился в моё сердце. Я схватил её за плечи и встряхнул. Нарочно делая больно. Может чувствуя боль, она поймёт значение своих слов?
— Что ты несёшь? Какого хрена ты несёшь, дура? Замолчи.
— А что? Зачем так беситься. Напомни-ка мне, для чего мы поженились? Ты хотел дать ребёнку свою фамилию, защитить меня от бандита, который по договорённости с твоим братом должен был поиметь меня. Так ведь? — Она отошла на несколько шагов назад. Боялась моей реакции? — Ребёнка нет, бандит обезврежен. Кстати, ты скрывал это от меня. Если бы не твоя мама, я бы никогда не узнала об этом. Так вот, нам незачем продолжать этот фарс. Изначально это было ошибкой.
— Значит, для тебя, наша женитьба это ошибка? Так ведь?
— Да! Я сделала ошибку, когда согласилась вернуться в ту семью, где меня не уважали, унижали.
— Так, замолчи наконец. Или я за себя не ручаюсь. Чтобы завтра тебя здесь не было. — Вылетел из комнаты, как бешеный зверь. Она приложила все усилия, чтобы убить во мне человека и пробудить зверя.
Я превратил свой офис в руины. Сокрушая всё. Мне нужно было успокоиться, чтобы не сделать ничего лишнего. Её слова душили меня, будто удавка, обвивающая мою шею. Нечем было дышать.
Она на следующее утро ушла. Я не вышел проводить. Мне было невыносимо больно, смотреть, как женщина, с кем я хотел проводить остаток своей жизни, уходит. С другим. Пожелала мне счастья со Светой и с дочкой, и ушла.
Ушла смысл всей моей жизни.
— Вот и всё. — Сказал я Стасу. Он стоял рядом и смотрел на неё, как на врага народа. Я понимал его и не хотел осуждать. — Теперь мне нужно найти другую форму существования. Найти и продолжить существование.
— У тебя есть дочь.
— Я знаю, знаю. Ты можешь помочь им вернуться? — Он кивнул. Да. Будет так, как захотела Маша. Я верну дочь и Свету, но смогу ли быть с ней счастлив? Вряд ли. Я её не люблю. Но ради ребёнка я должен… должен стараться.
Нас развели быстро. Деньги и власть сделали своё дело. В ЗАГСЕ она выглядела довольно плохо. Она сильно изменилась. Худая, бледная, с лица, как будто все цвета стерты с помощью ластики. Будто неживая. Синяки и круги под глазами, будто всего за несколько дней, она постарела.
Это, её состояние, вызвало во мне сочувствие, но стоило вспомнить её слова перед уходом, как ненависть с новой силой вырвался наружу.
Она своими бледными и исхудавшими пальцами подписала документы и хотела уже покинуть помещение, но я её остановил.
— Ты получила то, что хотела, теперь ты счастлива? Скажи мне.
— Да. Счастлива. — Мне хотелось вцепиться в её горло и задушить или порвать на части и вытащить ту Машу, которую я знал, та которая некогда бы не поступила так.
Ситуацию спас Алексей. Наверное, он заметил напряжение, которое исходило от меня и встал между нами.