Как она смеялась надо мной! Какими глазами на меня смотрела!
После представления я вызвался проводить ее домой. А через месяц, заручившись благословением ее дяди, сделал Лиане предложение.
И вот, уже через неделю, она наконец станет моей!
- Люблю тебя, Цветочек, - выдыхаю в трубку.
С ней я впервые произнес эти слова. Они и сейчас дались мне тяжело, через сиду.
Подобные признания, как и клятвы в вечной любви - не в моем стиле. Я считаю, что чувства нужно доказывать поступками. Слова не имеют веса, если не подкреплены действиями. Но ради Лианы я пошел и на эту уступку. Знаю, как ей важно слышать от меня это «люблю». Вот и говорю время от времени, хоть и не вижу в нем особого смысла.
- Приезжай скорее, - просит моя девочка, снова вызывая у меня улыбку.
Попрощавшись, убираю убирая телефон в карман джинсов.
После ночи кутежа и прощания с холостяцкой жизнью, голова еще не до конца прояснилась. Вечеринка, организованная Вигеном, прошла на «ура». Однако сам организатор заявился только под утро. Пьяный. Злой, как собака. Не говоря ни слова и лениво отмахиваясь от моих вопросов, он тут же завалился спать.
Родители Вигена погибли, когда он был еще мальчишкой. Его воспитали дедушка с бабушкой. Мы часто проводили лето вместе, но лучшими друзьями так и не стали. Мой отец впоследствии оплатил ему обучение за границей, а после пригласил на работу в семейную компанию. Все так он - член нашей семьи.
Постояв еще несколько минут у бассейна, вытаскиваю из холодильника две бутылки минералки и иду в гостевой домик. Уже у двери слышу громкий храп кезена и улавливаю запах алкоголя.
Виген лежит на животе, раскидав руки «звездочко». Рядом с кроватью несколько пустых бутылок виски. Разбитый телефон валяется в углу. Как если бы его изо всех сил запустили в стену.
Эта картина меня напрягает. В душу закрадываются сомнения, которым я пока не могу подобраться объяснения.
- Эй, - тормошу Вигена. - Пора вставать! Поднимайся, алкаш. Хватит дрыхнуть.
Двоюродный брат мычит что-то нечленораздельное. Пытается увернуться от моей руки, резко откатывается в сторону и падает на пол.
- Ты как? - спрашиваю сквозь смех. - Цел?
- Угу, - шипит недовольно.
Хочет подняться, но вестибулярный аппарат сбоит, и снова летит на пол. С трудом успеваю подхватить его. Усаживаю на край постели и вручаю бутылку.
- Выпей. Полегчает.
Теперь, когда Виген сидит лицом ко мне, на мгновение перехватываю его взгляд и удивляюсь, какими пустыми кажутся его глаза. Стеклянные, почти прозрачные...
Неприятная догадка осеняет тут же.
Хватаю паршивца за шиворот и встряхиваю.
- Ты принимал что-то?! Признавайся!
Об его пагубном пристрастии я догадывался давно. Несколько лет назад Виген даже лежал в клинике, чтобы вылечиться от зависимости. Я лично отправил его туда, потому что не хотел, чтобы идиот гробил свою жизнь. Но теперь, судя по всему, он снова свернул на кривую дорожку.
- Ч-что? - заикается от страха, глаза испуганно бегают по комнате. - Н-нет... нет!
- Не ври! - трясу сильнее. - Где ты был вчера?!
Вздрагивает, как от удара. Хочет вдруг отстраниться, но не позволяю. Сверлю его взглядом.
За секунду Виген становится похожим на призрака. На мгновение мне даже кажется, что он сейчас отключится, настолько белой становится его кожа.
- Эт-то н-не я... - верещит, заикаясь. - Это не я! Я не делал... Я н-ничего не делал...
Поджав губы, я внимательно слежу за братом. С каждой уходящей секундой во мне крепнет уверенность, что он опять взялся за старое. Если раньше во мне была еще хоть капля веры в этого человека, то теперь от нее остался лишь жалкий след в той части моего сердца, где еще теплились угли родственной привязанности.
Виген падает на бок и, обхватив себя руками, плачет, как ребенок.
Меня вгоняет в ступор.
Его поведение далеко от нормального, а странный бубнеж только подливает масла в огонь.
Что-то внутри меня болезненно сжимается. Неприятная тяжесть камнем ложится на сердце, давя и ломая. Плохое предчувствие разрастается с каждой секундой, а уверенность, что этот идиот совершил что-то ужасное, усиливается с каждым его приглушенным всхлипом.
- Вставай, - сцеживаю сквозь зубы. - Мы сейчас же едем в клинику! Моли бога, чтобы анализы оказались чистыми... Если узнаю, что ты снова что-то принял...
- Я не...
- Поднимайся! - перебиваю жестко. - И чтобы через пять минут ждал меня в машине!
Он еще что-то говорит, но я уже не слушаю. Поворачиваюсь и стремительно выхожу из комнаты. Час от часу не легче.
***
Лиана
Я с трудом дожидаюсь, когда машина Рузанны затормозит у моего дома и, коротко попрощавшись, выхожу на улицу. Яркое летнее солнце режет глаза, возвращая головную боль. Низ живота неприятно тянет, и я еле передвигаю ногами.