Я усмехнулась. Он не мог предложить мне то, что мне было нужно. А никакая другая работа мне была не интересна.
– Весьма признательна вам за участие, сударь, но, право же, вам не стоит беспокоиться об этом, – я покачала головой и продолжила путь.
Но то тут же услышала скрип его шагов за своей спиной. Похоже, он не намерен был отставать.
– Может быть, вы хотя бы выслушаете меня, мадемуазель? – он обогнал меня, развернулся и встал напротив. – Уверяю вас, стоит вам узнать, в чём дело, и вы не станете отказываться.
– Вот как? – мне стало смешно. – И что же вы намерены мне предложить?
При свете магического фонаря мне было хорошо видно его лицо. И в этот момент на нем уже не было улыбки.
– Выходите за меня замуж, мадемуазель!
Мне показалось, что я ослышалась, и я уточнила:
– Что вы сказали?
– Я предложил вам выйти за меня замуж.
Ну, вот, он снова улыбался – наверно, наслаждался моей растерянностью. Но если это была шутка, то очень дурного толка. И я постаралась вложить в свой взгляд всё то презрение, которого заслуживал этот шутник.
– Отойдите с дороги, сударь! Я не намерена более разговаривать с вами!
Но он и не подумал посторониться.
– Вы обиделись, мадемуазель? Но отчего же? Я отнюдь не шучу!
– Да неужели? – возмутилась я. – Не хотите же вы сказать, что всерьез предложили руку и сердце девушке, даже имени которой вы не знаете? И какой бы наивной я ни была, я ни за что в это не поверю!
– Да позвольте же мне всё объяснить! – он тоже, кажется, начал терять терпение. – Да, это вполне серьезное предложение. Я только забыл уточнить, что речь идет о временном браке!
Я пошатнулась. Да за кого он меня принимал? Как он посмел предложить это мне, дочери графа? Ах, если бы в моих руках была сейчас шпага, этот наглец быстро бы пожалел о своих словах.
Хотя через пару секунд я всё-таки признала, что из нас двоих о своем благородном происхождении знаю только я, и это несколько умерило мой гнев. Но в любом случае подобное предложение было для меня неприятным и совершенно неприемлемым. И хотя, возможно, именно мое поведение дало ему повод повести себя так, я не намерена была прощать ему такое оскорбление.
– Польщена оказанной мне честью, сударь, – язвительно произнесла я, – но вынуждена от нее отказаться. И если вы сейчас же не отойдете в сторону, я позову на помощь.
– Ну, что же, – он пожал плечами с заметным разочарованием, – если вы не хотите на несколько месяцев стать настоящей маркизой, то не буду вам более докучать.
Он сошел с дорожки, сразу провалившись в снег по колено, и, обойдя меня, медленно пошел прочь. А меня пронзила внезапная догадка. Вряд ли в маленьком Монтерси, пусть даже и во время знаменитой ярмарки, оказалось несколько настоящих маркизов. Их на всю Велансию было не более полутора десятков.
И теперь уже я сама окликнула его:
– Стойте, сударь! Да кто вы такой?
Он сразу же развернулся. На его губах мелькнула довольная улыбка. Похоже, он ничуть не сомневался, что его слова произведут на меня должное впечатление.
– Маркиз Ренуар к вашим услугам, мадемуазель!
И церемонно поклонился.
Глава 16. Маркиз Ренуар
Я был уверен, что это произведет на нее впечатление. Все женщины – от крестьянки до герцогини – падки до громких титулов.
– Возможно, вы слышали обо мне, мадемуазель? – продолжил я, пока она пребывала в замешательстве. – Мой замок расположен в нескольких лье от Монтерси. И теперь, когда вы знаете, кто я, быть может, вы отнесетесь к моим словам с большим доверием?
О да, она явно знала, кто такой маркиз Ренуар. Но вот ее взгляд в этот миг мне совсем не понравился – теперь она смотрела на меня не с досадой, как прежде, и не с восхищением, как можно было бы ожидать, а с ужасом. И щеки ее, еще недавно розовые от мороза, стали бледными, почти белыми.
– О, да, сударь, – сказала она, наконец, когда молчание стало почти невыносимым, – я слышала о вас. Кто же в Велансии вас не знает?