— Но это же хороший выход, — так же улыбалась детям Ребекка, продолжая концерт. — Вы же не одни поедете, а с няней.
— А мы с папой хотим, — мрачно фыркнул Петя. — Нужна ты нам больно…
— Сын, перестань так себя вести, — отчитал мальчика Ульянов, подходя к невесте. — Ребекка скоро станет вашей мамой. Стоит проявить уважение.
— Да гори оно все синим огнем! — выпалил Петя. — Если ты женишься на этой вобле, то мы с Олей уйдем от тебя.
— Я согласна, уйдем! — воскликнула вслед за ним и Оля.
— И куда же вы пойдете? — в шоке посмотрел на детей Константин.
— К маме, — прижалась ко мне дочка еще сильнее.
— К дедушке и бабушке, — не согласился с ней Петя.
— И то верно, внук. Чем с такой мачехой, лучше с дедом и бабкой жить, — неожиданно поддержал внука Николай Эдуардович. — Решай что-то, Константин. Иногда стоит прислушаться к мнению детей.
— Николай Эдуардович… — протянул Ульянов, пытаясь остановить Игнатова.
— Ты подумай. Не ломай собственную семью. За наши ошибки чаще всего расплачиваются ни в чем не повинные дети. Или ты сам забыл, каково было в пасынках бегать перед молодой женой отца?
— Костюш, я не все поняла, чешский я не знаю. Но одно скажу тебе, сын, не напортачь, как это сделал твой отец, — вступилась за детей и Галина Леонидовна.
— Я подумаю, мам, — тяжело вздохнул Ульянов.
Хотелось бы думать, что он прислушается к мнению той, кого считал матерью. Обстановка была очень напряженная. Петя мрачно смотрел на отца, Оля крепко прижималась ко мне. А Константин, кажется, тупо не знал, что делать.
— Костья, мы едем? — довольно спросила Ребекка, не обращая внимания на пристальные взгляды людей, собравшихся около дома Игнатовых.
— Едем, — кивнул Ульянов, не смотря в сторону невесты. — Ты на своей машине, мы с детьми на своей.
Петя и Оля с облегчением выдохнули и улыбнулись отцу.
— А мама? — тихо произнесла Оля.
— И она с нами поедет. Люб, помоги, пожалуйста, — неожиданно попросил Костя. — В данный момент я не справлюсь один с детьми.
— Хорошо, — кивнула я.
— Костья, но почему так? Я же к тебе приехала, — опять со слезами на глазах ныла девушка.
— Извини, но сейчас для меня важны дети, — ответил Ульянов по-чешски.
— Только сейчас, Константин? — мрачно поинтересовался Игнатов.
— Я услышал вас, мама Галя, Николай Эдуардович. Я подумаю над вашими словами, — сказал Ульянов уже по-русски и перевел взгляд на невесту. — Поезжай за нами, Бекка. Если заблудишься, звони, — казалось бы спокойно произнес он вновь по-чешски.
— Петя, Олюшка, садитесь в машину, пристегивайтесь, — взяла на себя инициативу с детьми, которые сразу же послушались меня.
И все же обстановка не стала легче. Петя продолжал недовольно коситься на отца, Оля же, кажется, забыла обо всем, лишь бы я была рядом с ней.
Пока мы ехали до дома, квартиру в котором снимал Ульянов, в машине стояла напряженная тишина. Оля уснула, Петя молча смотрел в окно. Я сидела на пассажирском сидении и искоса посматривала на Костю. Что мне ждать от него? Позволит ли остаться и дальше рядом с дочкой?
Сам же Ульянов напряженно думал в чем-то, периодически крепче сжимая руль руками.
— Сегодня закажем еду в ресторане. Что-то нет настроения заезжать в магазин, — сухо произнес Костя, когда мы подъехали к высотке.
— Можно заказать и продукты на дом, — предложила я.
— Можно. Но мне казалось, что нам с детьми нравится ходить в супермаркет, самим выбирать продукты, складывать в тележку. Когда Оля была маленькой, мы сажали ее на детское сидение в тележке. Ей нравилось кататься и показывать на свои любимые вкусняшки, — вспомнил Ульянов, с улыбкой смотря в зеркало на спящую дочь.
— Сейчас с нами была бы твоя Бекка, — мрачно отметил Петя.
— Может быть, хватит? — резко проговорил мужчина. — Я сам решу, жениться мне или нет.
— Решай, папа. Только ты не один. С тобой мы с Олей. Выбери нам адекватную маму.
Ульянов лишь гневно посмотрел на сына и промолчал.
Вечер выдался напряженным. Кругом крутилась Ребекка, создавая впечатление, что она часть семьи будущего мужа. Она щебетала с Олей, что-то советовала Пете. Дети немного оттаяли после того, как Ребекка вручила им подарки. Я не обижалась на это, понимала, что надолго игрушек не хватит. Не хотелось так думать, но Ребекка могла принести Ульяновым новые проблемы. И хорошо, если это будут не глобальными трудности.
Проблемы нарисовались намного раньше, чем я думала. Ночью Оле опять захотелось пить, я встала, чтобы сходить на кухню. В тишине дома отчетливо был слышен женский голос: