— Татьяна Федоровна, — мягко произнесла я тем голосом, которым обычно разговаривают с особо опасными умалишенными. — Это просто деловая поездка. И Олег Сергеевич никогда не обратит на меня внимание… Ну, в романтическом смысле.
— Но ведь тебе бы этого хотелось?
— Что вы! Нет, конечно! — слишком быстро отмахнулась я. — Я в своем уме! Такая, как я, и такой, как он… Это же глупость!
— И все-таки, тебе бы этого хотелось, — утвердительно сказала она, прищурившись.
Татьяна Федоровна смотрела на меня так пронзительно, будто знала все мои потаенные мысли и чувства. И я просто физически не смогла соврать, глядя ей в глаза.
Я вздохнула, плечи опустились, и я с тоской посмотрела на дверь Корчагина.
— А кому бы не хотелось? — печально протянула я. — Он такой… Такой умный. Талантливый. Такой сильный. Рядом с ним чувствуешь себя защищенной. Его запах, взгляд, голос… Он ведь идеален…
— Вот видишь? — Татьяна Федоровна взяла меня под руку и потянула к лифтам. — А любая другая бы в первую очередь сказала про его деньги. Можешь считать меня чокнутой старушкой, но я считаю, что именно ты ему нужна. И если будешь меня слушаться, то все выйдет так, как надо.
Глава 5
Мы отправились в огромный торговый центр. Разумеется, я бывала в таких и раньше, вот только теперь все мои излюбленные местечки эконом-класса мы обходили стороной. Признаться, я не ожидала такой прыти от Татьяны Федоровны. Прыти — и познаний в моде.
— Мужчины только думают, что сами выбирают себе женщин, — вещала моя фея крестная, решительно перебирая вешалки. — Но это только иллюзия. И его первая жена — тому доказательство.
— В каком смысле? — я оглядела приятное синее платье с хорошей скидкой, но Татьяна Федоровна покачала головой.
— Нет. Во-первых, это прошлый сезон, во-вторых — оно испортит тебе фигуру. Так вот. Олег женился на этой алчной стерве только потому, что она вела себя правильно. И манипулировала им, как по нотам. Такие, как она, всегда получают лучший кусок пирога, потому что знают хитрости. Умеют давить на нужные клавиши, чтобы зазвучала симфония. И вот уже мужик забывает о здравом смысле и несется в ЗАГС, как несчастная марионетка, даже не подозревая, что его обскакали на десять ходов вперед.
— Я не знакома с его первой женой, — уклончиво ответила я. — Но видела фотографии — она красотка…
— Это все ерунда. По-настоящему красива не та женщина, которую Господь наградил внешними данными. А та, которая сама себя считает красивой.
— Я могу думать про себя все, что угодно. Но у меня тонкие волосы, небольшая грудь, широкая задница. И нос длинноват. И зубы… Очевидно же, что у меня под окнами нет очереди из ухажеров!
— Конечно, нет! — фыркнула Татьяна Федоровна. — Потому что ты всем своим видом как будто кричишь: «Посмотрите на мою грудь! Ее нет! И волосы — я специально их убираю, чтобы никто, не дай Бог, не догадался, что они у меня вообще в наличии!»
Я отвернулась, чтобы не ответить слишком резко пожилому человеку. Нет, ну в самом деле! Насмотрелась мелодрам и передач про преображение и возомнила себя экспертом! А между тем, народную истину про то, что не из каждой субстанции можно сделать конфетку, никто не отменял. Да-да. И все эти разговоры, что не бывает некрасивых женщин, надо только поверить в себя — просто болтовня в пользу бедных. Чушь, которую несут с экранов роскошные модели. Из серии мотиваторов «думай, как миллионер, стань миллионером», которые повторяют каждое утро перед зеркалом какие-нибудь водители троллейбуса.
— Вот смотри, — Татьяна Федоровна подтолкнула меня к зеркалу. — У тебя широкие бедра и есть талия. И это очень женственно и красиво. А ты вместо того, чтобы подчеркнуть силуэт, таскаешь свободные блузки и прямые юбки, превращая в себя в правильный прямоугольник. А если вот так?! — она стянула блузку за спиной, обозначив талию. — А так? — наклонилась и затянула еще и подол юбки, сделав ее подобием футляра. — А? Другое дело! Но эта одежда все равно никуда не годится, хоть ты еще прищепками зацепи.
— Но…
— Не обсуждается, — отрезала старушка и протянула мне вешалку с бледно-розовым платьем. — Запомни. Хочешь дорого выглядеть — выбирай натуральные оттенки. Полутона. Бежевый, экрю, серый. В крайнем случае — пыльную розу или голубоватый. Или мяту. У тебя темные волосы, и с темными оттенками не перебарщивай, контраст всегда работает выигрышно. Никаких кричащих цветов. У тебя серо-голубые глаза. Кожа легко загорает. Тебе лучше подбирать холодные оттенки, но приближенные к натуральным. Вот, видишь? — она взяла оливковое платье и поднесла к моему лицу. — В этом ты будешь выглядеть жертвой морской болезни или брюшного тифа. А вот это — другое дело, — она выбрала светло-бирюзовую вещицу. — Видишь? Кожа как будто светится изнутри. А мы даже не дошли до косметики.