— …А это кто купил? — продолжает Рита, увидев мои мандарины на тумбочке.
— Я, — киваю.
— Ух ты, Аришка! Прямо угадала пристрастие моего папы. А зачем ты здесь? Проведать пришла?
— Она приехала за мужа своего простить, — не дает возможности ответить Бельский. — Я у Славы ремонтировал машину и по его вине попал в аварию. Теперь выставил ему счет. Арина с этим не согласна и будет уговаривать тебя на меня повлиять.
Рита растерянно застывает. Я тоже. Не так я хотела начать разговор с подругой. Но Бельской вывалил правду прямо в лоб.
Я вижу, как глаза подруги блестят и краснеют от подступивших слез.
— Это правда? — еле слышно переспрашивает Рита.
А мне так плохо и стыдно — словами не описать. Подскочив со стула, иду к ней.
— Мне очень жаль, но да.
Рита прячет лицо в ладонях, ее затрясло.
— Как же…
Я понимаю Риту — она могла лишиться отца по вине Славы. Ей сейчас очень трудно, но я хочу разделить ее боль, забрать хотя бы часть себе, чтобы подруге стало легче. Обнимаю ее, пытаясь успокоить.
— Прости, пожалуйста…
И вдруг палата разражается звуком аплодисментов — это Бельский, единственный зритель, так реагирует.
— Напрасно стараешься. Рита здесь ничего не решает.
Глава 10
Его слова повергают меня в шок. Я даже не думала в этот момент о какой-либо выгоде.
— Да что же вы за человек такой, Андрей Николаевич? — укоризненно качаю головой, повернувшись к нему. — При чем тут старания? Я люблю Риту, и мне не все равно, что она чувствует.
— А ты бы продала за нее душу дьяволу, если бы от этого зависела ее жизнь?
— Я бы обязательно пришла на помощь, а в критической ситуации продала бы, да. Потому что я умею любить и ценить настоящую дружбу.
— Какой еще дьявол? — бормочет подруга.
— Не бери в голову, дочь, просто твоя подруга раздает свою душу направо и налево!
Возмущение колючим клубком подкатывает к горлу, но я проглатываю его, когда слышу стук в дверь.
Она открывается, и к нам входят два крупных бритоголовых мужчины в черных пиджаках, а за ними еще один ростом пониже — щупленький седовласый мужчина лет шестидесяти. На нем хороший костюм, туфли идеально начищены. Он хитро прищуривается, осматривая нас. Он явно не последний человек в нашем городе.
— Андрей Николаевич, — приветствует он Бельского тактичным кивком, — только сегодня узнал об аварии и сразу же поехал вас навестить.
— Ерунда, — вдруг ухмыляется Бельский, — так… царапины.
А потом я ошарашенно наблюдаю, как Бельский словно ни в чем не бывало встает с кровати с такой легкостью, и движения его четкие, ровные, как будто у него ничего не болит.
— Машина была всмятку, — изумляется незнакомец, — вот я и заторопился. Все-таки та земля, которую я собираюсь продать вам под строительство, лакомый куш для многих желающих. Нужно было убедиться, что главный покупатель в норме и сделка не сорвется.
— Разве может какое-то досадное недоразумение сломить меня? — отшучивается Бельский.
А я впрямь начинаю верить, что с ним все в порядке, уж очень стойко он себя ведет.
— Ох как неучтиво, — спохватывается незнакомец и оборачивается к нам с подругой. — Полагаю, вы дочь?
— Да, — отвечает Рита.
— Вы так поразительно похожи на своего отца, — приподнимает уголки губ, а затем на меня смотрит. — А вы, наверное, Глория — возлюбленная Андрея Николаевича. Что ж, признаю, у Бельского отменный вкус. Ваша красота спасет мир!
Я как встала, так и застыла. Я — любимая Бельского? Это как союз пингвина и огромного белого медведя. Мы настолько далеки друг от друга, что просто не можем быть вместе, а наши жизни — два противоположных полюса.
А еще меня очень удивляет оценка моей красоты. Конечно, я не уродина. Считаю себя симпатичной и обаятельной, но не до такой степени красоткой, чтобы спасать мир! Хотя слышать комплименты всегда приятно.
— Нет, она моя лучшая подруга, — спешит возразить Рита.
А я внезапно ловлю на себе долгий взгляд Бельского, и у меня на коже под рукавами кофты вдруг появляются мурашки. Да что же это…
— Тогда примите мои извинения, — потеряв ко мне интерес, мужчина снова обращает внимание на Бельского. — Вам что-нибудь нужно? Только скажите.
— Нет, у меня все есть. Скоро выйду из этой муторной лечебницы, и мы еще раз обсудим наши дела за бокалом хорошего коньяка.
— Договорились. А пока остаемся на связи.
Мужчина и его сопровождение выходят, и лишь когда дверь полностью закрывается, Бельский чуть наклоняется вперед, тяжело дыша.