Я улавливаю терпкий аромат его парфюма, такой необычный, приятный и запоминающийся.
— Спасибо за ночь, Арина, — негромко говорит он.
Во мне будто взрывается огненный шар, взрывная волна растекается по всему телу, и становится жарко так, что хочется скинуть пуховик.
Я краснею, вспоминая отрывки из нашей новогодней ночи. Ой, как же мне за них стыдно…
Особенно после шпагатов. Боже, просто невероятно стыдно!
Я не знаю, куда деть глаза.
Однако на лице Бельского нет и намека на усмешку.
— Да не за что… — еле слышно отвечаю.
Я не понимаю, что ему нужно.
Еще некоторое время мы просто молчим. Бельский смотрит на меня, ничего не говорит, но и не отпускает.
Я все-таки насмеливаюсь снова поднять на него взгляд, а когда это делаю, вижу на его лице слабую тень растерянности, будто Андрей Николаевич хочет мне что-то сказать, но не решается.
— Я… пойду, — тихонько бормочу. — Рита, наверное, заждалась.
Машинально поправляю сумку на плече и делаю шаг в сторону, однако Бельский неожиданно перехватывает мою руку.
— Я могу пригласить тебя на ужин в ресторан?
Я ошарашенно таращусь на отца подруги. Такого предложения я не ожидала.
Теряюсь, разные мысли проносятся ураганом.
Я вспоминаю, что было между нами до новогодней ночи. О том, как Бельский говорил, что у него есть постоянная женщина. Я даже знаю, что ее зовут Глория.
А еще думаю о том, что только сегодня делала расклад девушке и хаяла любовниц. И если я соглашусь отужинать с Бельским, кем я буду? Ведь ужин подразумевает встречу вечером. Зачем вообще он меня приглашает? За кого он меня принимает?
И Слава…
Я только-только начала смотреть в глаза мужу без угрызения совести. Я так сильно виновата перед ним. И у нас едва начали налаживаться отношения.
Кем я буду, если соглашусь поужинать с Бельским? Тем более после их конфликта. Нет, я никогда не предам Славу.
Бельский, конечно, восхитительный. Воплощение всего самого мужественного, мужчина-мечта. Сильный, взрослый, самодостаточный. Но он чужой мужчина…
— Как вы можете предлагать такое замужней женщине? Вы ставите меня в неловкое положение, — собравшись с духом, возмущаюсь. — Извините, но мне действительно пора.
И, не оборачиваясь, захожу в кафе.
Глава 24
Слава
После ситуации в меховом салоне в моем отношении к жене будто открылось второе дыхание.
Я осознал, насколько мне все-таки дорога Арина, и каким я был глупцом, спутавшись с меркантильной Беллой. Она роскошь любит гораздо больше, чем людей. Да в принципе и не скрывала этого, и меня тоже все устраивало, если бы не ее восхищение Бельским!
Но все в прошлом.
Сегодня я решил забить на свои нужды и остаться дома.
К вечеру заканчиваю уборку в квартире и принимаюсь за ужин.
Вообще-то не умею готовить — сначала меня кормила мать, потом Аринка, — но спагетти отварить в состоянии. А к ним поджарю сосиски. Я посмотрел в интернете необычную подачу: если надрезать сосиски и скрепить их края зубочистками, то получатся сердечки. Так и делаю.
Думаю, жене будет приятно.
Выключаю плиту и вдруг слышу дверной звонок.
Должно быть, Арина вернулась.
Я ее жду, уже готовый подавать на стол еду, но все равно прежде, чем открыть дверь, смотрю в глазок, и меня захватывает тревога, когда по ту сторону двери вижу Беллу…
Она знает, где я живу, но я и в кошмарном сне представить не мог, что решится заявиться ко мне. И что у нее сейчас на уме — непонятно.
А если бы Арина была дома? Вот же фак!
Сначала я думаю притвориться, что никого нет, однако Белла не уходит, а продолжает трезвонить.
Я нервничаю, опасаясь, что Арина может столкнуться с Беллой на лестничной клетке. И что тогда будет? Даже прогнозировать не берусь.
Но эту проблему можно предупредить, а потому я нехотя все-таки отпираю дверь.
— Привет, любимый! — вздергивает бровь. — Может быть, объяснишь свой побег из магазина? Что это вообще было?
— Ничего я объяснять не буду, — негромко отвечаю и поглядываю на соседские двери. — Между нами все кончено. Уходи.
Раньше я был горд, когда рядом со мной где-нибудь в нейтральном месте стояла такая красотка, но сейчас она на территории моей жены, которая знакома с некоторыми соседями, а потому мне стрёмно.
Все, чего хочется, — отгородиться от Беллы, захлопнуть дверь и сделать вид, что я понятия не имею кто она.
— Да ну? — фырчит Белла и с небывалой для нее силой вдруг отталкивает мою руку, которой я упирался в дверной косяк, и проскальзывает в квартиру.