Тиарнанн усмехнулся, и посмотрел на Никласа, как будто бы, с возросшим уважением.
— Угрожаешь старому морскому волку, стало быть? Ну что ж, посмотрим, чего ты стоишь.
И отошёл в сторону, кивнув распорядителю. Никлас скользнул по Тиарнанну как будто бы равнодушным взглядом, и спокойно вернулся на своё место. Но кто бы знал, чего ему стоило это спокойствие. Мокрые ладони хотелось вульгарно вытереть о камзол, а ещё немедленно упасть лицом в подушку и спрятаться, как ребёнку. Ник раздраженно отмахнулся от собственных эмоций. Этот ход за ним. Король-Пират любит, когда на его угрозы отвечают тем же, главное, выбрать правильные слова. У него, кажется, получилось.
Но, разумеется, на этом коротком противостоянии, которое почтенное собрание комментировать то ли не пожелало, то ли струсило, заседание не кончилось. Оно, чтоб его закончили демоны, только начиналось. И посвящено было в основном желанию союзников прогнуть отца и самого Никласа под своё понимание политики и жизни. Виски продолжали ныть, но Ник усилием воли заставил себя не обращать на это внимание.
— Собрание подготовило несколько вопросов, которые хотело бы осветить, — вежливо сказал распорядитель. — И одним из главных вопросов будет отречения Олдарика Третьего от престола Даланны. Известно, что церемония уже назначена, и не согласована с союзом.
Дальше распорядитель вызывал присутствующих по одному. Точнее, давал им слово. Такая система позволяла не перебивать друг друга и не скатываться в банальную свару, но на деле Никлас отчаянно подозревал, что заседаниями управляет Первосвященник. Поэтому ему слово дадут последним, когда почтенное собрание уже как следует накрутит друг друга.
К удивлению Ника, первым выступил сам дарэ Асмунд во всём своём благолепном великолепии. И это при том, что его вообще не должно было здесь быть. Светлейший не одобряет настолько прямое вмешательство в дела мирские. Его латы должны действовать мягче.
— Как скромный лат Светлейшего, я с прискорбием вынужден заметить, что Его Высочество и Его Величество смущены и понемногу отворачиваются от истинной веры, — елейным голосом начал Первосвященник. — Правителей на царствие земное назначает высший суд, и быть ему в этой роли до последнего вдоха, как и должно, и как было во веки веков. Однако, Его Величество Олдарик пошёл против канонов своей веры, решив передать трон сыну до истечения жизненного срока…
Никлас должен был молчать, дать ему договорить, высказываться в свою очередь. Только господина Первосвященника ему хотелось придушить… то есть, конечно, драконьими крыльями отправить в Чертоги Светлейшего. Поэтому Ник снова нарушил протокол:
— Иными словами, вы предлагаете моему отцу лишить себя жизни, коли он считает, что более не годится на роль правителя Даланны, правильно я понимаю? И ставите долг правителя и долг верного прихожанина своего бога в конфликт?
— Светлейший ясно сказал и донёс это до смертных: «Всякий, кто однажды взял на себя нелегкое бремя власти, должен нести его до последнего вдоха, ибо эта ответственность кончается вместе с жизнью», — улыбнулся Асмунд, хорошо поставленным голосом цитируя Жизнеописание Светлейшего.
Никласу религия, де-факто чуть не убившая отца, не нравилась вообще. И не только из-за покушения, но и потому что объективно тянула Даланну на дно прогресса. Остальное Соцветие тянула тоже, но демоны бы с ним, с остальным Соцветием. Хотят погружаться во мрак, страдать от болезней и умирать на половине или трети от реально отмеренного им срока — их дело. Проблема в том, что Даланну союзнички тянули за собой. Но прямо сейчас выступать в противостояние с Асмундом — значит, рисковать не выйти отсюда живым. Он, конечно, не последний маг, но…
Дорогой Первосвященник посильнее будет. Как бы он ни прикрывался силой, даруемой Светлейшим. Да и матушка… нет, пока не время. Нужно держать баланс.
— Позволю себе не согласиться с тем, что несение ответственности предполагает наличие короны на голове, Ваше Святейшество, — Ник кротко улыбнулся. — Мой отец до конца своих дней будет работать на благо Даланны и радеть за каждого, кем ему довелось править. Однако, ответственность можно нести во многих аспектах, а не в единственном. Отец останется моим ближайшим советником, он не уходит в монастырь и не бросает дела. Его ответственность в том, чтобы страна управлялась наиболее эффективно, и он сам ответственно принял решение это обеспечить. Это высшая жертва правителя! Уйти в тень, чтобы Даланна жила и процветала. И это очень ответственное решение.