Могла даже безо всяких слуг накрасить лицо, умела носить сложные наряды, знала несколько языков и этикеты разных стран, но… это всегда была лишь малая часть того, чем я занималась. Теперь же я изнывала от скуки, и лезла на стену. Но молчала, только летала над Даланной по ночам, разминая хотя бы крылья. Потому что мне и без того было стыдно за то, что я не разобралась в причинах именно такого формата помещения для меня. Разве я могу ещё больше конфликтовать, не дожидаясь даже того, как мы поженимся?
К тому же, Никлас ответил, когда у меня будут более интересные задачи:
— Ваше Высочество, пока вы лишь гостья Даланны. Вы можете обживаться в своих покоях, общаться со всеми, с кем считаете нужным, упражняться в магии — что угодно. Но власти в этой стране у вас пока нет, поэтому я не могу привлечь вас к тому, к чему вы бы хотели. Нападение на вас — юрисдикция Даланны, это произошло рядом с нами и над нашим небом. Поэтому я могу лишь привлекать драконьих специалистов, а никак не принцессу крови.
И я смирилась. Это звучало разумно, он ни разу не намекнул ни на мой вид, ни на пол, поэтому я занялась изучением религии Светлейшего, раз уж вынуждена бездельничать. И с каждым днём всё больше закипала, глядя на эти тексты. Я не устроила Никласу очередной скандал только потому, что он как раз пытался со всем этим бороться.
Но того дня, когда свадьба по омерзительному обряду должна была состояться, я дождалась с огромным трудом. Задолго до рассвета меня уже наряжали, брызгали и натирали благовониями, укладывали волосы, и я с трудом сдерживала лезущую сквозь кожу чешую. Но, наконец мучения закончились, и в мои покои пришёл брат, который должен был провожать меня в Светлейший Храм, как мужчина-представитель рода. Передать с рук на руки Никласу, как хорошую племенную кобылу.
— Ты чудесно выглядишь, сестрёнка, — заявил дорогой братец, игнорируя возмущенные взгляды служанок. Перехватил мой, и тут же добавил: — Смотри, не обратись случайно от переизбытка чувств, а то платье порвется, и ты себя скомпрометируешь. С точки зрения даланнцев, разумеется.
— Я хорошо себя контролирую, — процедила я, пытаясь быть не раздраженной. — Ты должен вести меня в храм от замка просто за руку? Вот и веди.
— Должен, — согласился Релан. — А ещё должен присмотреть за моей огненной сестрёнкой. Там будет огромная толпа людей и не только, приглашены даже обожаемые почти уже твоим Величеством церковники. Поэтому вам как никогда нужно, чтобы церемония прошла безупречно, — это он уже не говорил, а транслировал мыслесообщением. Брат взял меня за руку, и мы мучительно медленно отправились к храму, где меня ждал жених.
Я должна была стать королевой этого негостеприимного края, поэтому мой ритуал отличался от общепринятого среди верующих в Светлейшего. На мне было белое платье, вышитое алой нитью из пустынного шёлка. Безумно дорогой материал, и всё же — по местным законам я должна была продемонстрировать всем, что Никлас не первый мой мужчина. От этого я чувствовала себя обнажённой, и злилась, что прекрасно чувствовал братец.
— И ты боишься, что я не смогу пережить этот унизительный кошмар, который они называют брачной церемонией, — я отвечала ровно так же, мысленно, а сама улыбалась как марионетка в кукольном театре, и шагала вперёд, краем глаза наблюдая, как за нами набирается толпа. Многие женщины и девушки восхищенно косились на Релана, но оно и неудивительно. В человеческом облике он был синеглазым брюнетом, и пошёл в кого-то из предков матушки тонкими чертами лица и какой-то неуловимой притягательной порочностью.
Не будь этот олух моим братом, я сама бы на него так смотрела. Но, во-первых, я слишком хорошо его знала, а во-вторых, как брат он вызывал в основном желание себя стукнуть.
— Тебе нужно учиться сдержанности, Най. Ты хороша, пока не задевают тебя лично, но стоит кому-то наступить тебе на хвост — и огненный характер пылает из-под каждой чешуйки. Я думаю, участие в даланнском свадебном фарсе пойдёт тебе на пользу. Абстрагируйся. Посмотри на игроков на этой доске, подумай, кто будет мешать нам больше всего, а с кем можно смириться. Ты здесь не для того, чтобы устраивать Никласу шестнадцать скандалов по двадцати девяти поводам в день. Ты — глаза и уши Империи, и её когти, когда это будет уместным.
Брат был старше меня, но всё же не настолько, чтобы откровенно воспитывать. Если бы не все эти люди, у нас опять была бы спонтанная магическая дуэль. Но мы были не дома, так что я отвечала: