- Через час – завтрак, поедим вместе, заодно и пообщаемся, - сообщил он и вышел широким шагом из комнаты.
Света пожала плечами, дотянулась до кнопки и вызвала служанку. Надо было вымыться. А в местных условиях, без ванны, купаться в чане одна Света не умела. Его ведь, этот чан, еще наполнить надо. А канализация, судя по всему, тут присутствовала на начальном уровне.
Служанки, испуганно косясь в сторону котят, помогли ей помыться в соседней комнате, купальне, принесли сменную одежду, домашнее платье серо-голубого цвета, простое и плотное, и сообщили, что ненаглядный супруг будет ждать ее в своей комнате уже через полчаса. Идти не хотелось. Но поговорить было необходимо.
Глава 7
Длинна, как мост, черна, как вакса,
Идет, покачиваясь, такса.
За ней шагает, хмур и строг,
Законный муж ее, бульдог.
Но вот, пронзенный в грудь с налета
Стрелой собачьего Эрота,
Вдруг загорелся, словно кокс,
От страсти к таксе встречный фокс.
И был скандал! Ах, знать должны вы —
Бульдоги дьявольски ревнивы!
И молвил некий нуделъ: «Так-с,
Не соблазняй семейных такс!»
Николай Агнивцев. «Собачий вальс»
В том же домашнем платье, которое принесла служанка, Света появилась в комнате мужа, по обстановке похожей на ту, в которой она спала. Единственное различие – накрытый к завтраку стол посередине и два кресла по бокам.
- Где ты взяла это уродство, - муж смерил наряд презрительным взглядом. – Не позорь свое новое звание.
- Не буду, - пожала плечами Света, садясь за стол, - вы сейчас мне подробно расскажете правила жизни в этом мире, заодно и портниху вызовете, правда?
Муж скривился, словно от жуткой зубной боли.
- Ты слишком дерзкая для моей жены.
- Сочувствую, - Света положила с фарфорового блюда на свою тарелку небольшую тарталетку с запеченными овощами, - ничем помочь не могу. Характер не исправить. Так вы расскажете попаданке, что здесь и как?
- Герман расскажет, когда вернется, - отрезал недовольно муж и начал активно жевать кусок хорошо прожаренного мяса, - пока привыкай жить по нашим законам.
- Это как? – тарталетка оказалась вкусной, Света, съев первую, потянулась за второй. – Ноги вам мыть и воду пить? Не получится. Воспитание не позволяет. И уймите, пожалуйста, своих любовниц.
Муж посмотрел на нее, как на врага народа, отставил тарелку с мясом в сторону и резко ответил:
- Все мои любовницы уже вне стен дворца. Та дура, что появилась у тебя в спальне, никогда ею не была.
- Бедная женщина, - притворно вздохнула Света, делая пару глотков янтарного сока из высокого бокала, - она к вам со всем, гм, телом, а вы ее отшиваете. Нехорошо.
Муж выматерился, правда, на не знакомом Свете языке, в глазах загорелся нехороший огонь. Рядом со столом мгновенно материализовались оба котенка, вздыбили шерсть, выгнули спины. Огонь погас.
- Не причиню я ей вред, - огрызнулся муж.
Котята недоверчиво на него посмотрели, стащили со стола по куску мяса и исчезли.
- Милая живность, - задумчиво проговорила Света. – Их при мне покормили, довольно плотно, полчаса назад.
- Сатры питаются много и часто, - с тоской в голосе ответил муж, - боги и предки, за что? Что я вам сделал?
У Светы был готов ответ на этот риторический вопрос, но она промолчала.
- Чем тут занимаются ваши женщины? – третья тарталетка отправилась в рот.
- Наслаждаются жизнью, - ответил муж, принимаясь за последний из оставшихся «в живых» кусок мяса.
- То есть ленятся. Библиотека здесь есть?
- Зачем тебе… - начал было муж, осекся и кивнул. – Служанка проводит. Но сначала вызови швею, - кивок на платье, - и выброси эту гадость.
- Слушаю и повинуюсь, о мой повелитель, - ядовито ответила Света.
Муж закашлялся.
- О чем еще вы хотели пообщаться?
- Ты в своем мире, наверное, никогда замужем не была, - угрюмо проворчал муж, - кто ж такую язву в жены возьмет.