-Нормально все, - шепчу пересохшими губами, Лешка усмехается, обхватывает мое лицо ладонями.
-Люблю тебя, дуру такую! Люблю! - шепчет мне прямо в губы, едва их касаясь. Я чувствую, что плачу. Он собирает мои слезы губами, осторожно касается моих губ. Цепляюсь руками за расстегнутый ворот его рубашки, жадно отвечаю на поцелуй. Он для меня как источник силы, как оазис в пустыни для путешественника. Я понимаю, что вновь у меня происходит не так, как надо, неправильно все, но мне не хватало его губ, его бодрящего запаха, его теплых рук. Я словно проснулась, встрепенулась, как после долгого сна.
-Таняяя, - тянет последнюю букву моего имени, хаотично водит руками по всему моему телу, останавливается на животе. Его глаза трезвеют, он опускается передо мною на колени и задирает футболку.
-Это ведь мог быть наш с тобою ребенок, - грустно замечает Лешка, прикасаясь губами к животу. – Дочь или сын. Наш. Твой и мой, - я кусаю руку, чтобы сдержать рыдания, чувствую, как Лешка плачет. Свободной рукой трогаю его волосы, они все такие же шелковистые, как я их и запомнила. Господи, мне стоит всего лишь признаться в том, что это его ребенок, все еще можно как-то исправить сложившуюся ситуацию.
Подняв глаза, цепенею. В прихожей стоит Игорь. Он небрежно кидает ключи на полочку, те издают характерный звон. Леша вздрагивает и поспешно встает на ноги, оборачивается.
-Вы дверь забыли закрыть, - холодно замечает Игорь, снимая с себя пальто.
-Игорь, - пытаюсь улыбнуться, но губы не слушаются. – Леша зашел в гости.
-Вижу. Не слепой. Тебя внизу ждут, Леша.
-Послушай… - Леша выступает вперед, закрывает меня собой от Игоря. –Надо поговорить. Я много думал. Неправильно все это. Таня любит меня, я люблю ее, я полюблю и ребенка, которого она носит! – я не вижу Игоря, но что-то мне подсказывает, что Лешке следует сейчас заткнуться и уйти по-хорошему. Воздух стал каким-то тяжелым вокруг нас, взрывоопасным.
-Я ошибся, когда советовал тебе жениться на ней.
-Тебя ждут, Леш, - Игорь берет Лешку за локоть, тащит в прихожую, накидывает на него куртку, ждет, когда тот натянет ботинки.
-Игорь… - я трогаю его за руку, он сбрасывает мою ладонь, не смотрит на меня. Понимаю, что он не в духе. Они покидают квартиру, а я мчусь к окну, прижимаюсь к стеклу, пытаясь в темноте что-то рассмотреть внизу. Ничего не видно.
Игоря нет примерно полчаса. Когда вновь хлопнула входная дверь, я сидела на диване в темноте. Игорь вошел, постоял на пороге комнаты, включил в итоге бра на стене. Распустив галстук на шее, снял пиджак, повесил его на кресло, после этого сам сел в него. Закинув ногу на ногу, молча рассматривает меня на диване.
-Ты его бил? – голос дрожит, а разбитые костяшки притягивают взгляд.
-Нет. Только штукатурку в подъезде немного сбил, - сгибает-разгибает пальцы, смотрит на свою руку. –Я тут подумал, наверное, тебе стоит пока пожить у мамы.
-Почему?
-Я уезжаю в командировку. Надолго. Месяца на три. Мне бы не хотелось, чтобы ты оставалась одна на столько позднем сроке в столице.
-Только по этому? – встречаюсь с серыми глазами вздрагиваю от их холода, кажется то потепление, что видела до этого, испарилось.
-Только по этому, больше никаких причин у меня нет отправлять тебя к маме, Таня. И, - Игорь встает, стянув с себя галстук, расстегнул пару пуговиц. – я не прощаю предателей. Хотелось, чтобы ты это запомнила.
Я смотрю на его спину, на то, как он снимает с себя рубашку, сжимаю кулаки между ног. Запомнить. Просто запомнить.
13
***
Казалось дома я должна чувствовать себя более увереннее, свободнее, перевод в другой в университет не состоялся, я активно нагоняла пропущенный материал. Учеба и бытовые дела не позволяли думать ни о Леше, ни о Игоре.
Игорь, после внезапного появления у нас дома Леши, наглухо закрылся от меня. До моего отъезда он спал со мною в одной кровати, разговаривал по необходимости, но никаких попыток сблизиться не предпринимал. Мои робкие попытки поговорить бойкотировал с первых слов равнодушным взглядом.
К маме привез лично, оставив мне конверт с наличкой, которой хватило бы не на три месяца, а на полгода. Просил ему не названивать – по возможности он сам будет мне звонить. Каждый день я теперь ждала семь вечера, чтобы в течение пяти минут обменяться с ним сухой информацией о своем самочувствии и рассказать, как прошел день. О себе Игорь не говорил.
Чтобы еще больше себя загрузить, с мамой решили в квартире сделать небольшой ремонт перед рождением малыша. Наняли людей, которые в ускоренном темпе содрали старые обои, поклеили новые, покрасили батареи и окна, с этой суетой навели порядок и в вещах. Сразу как-то стало свободнее дышать, ушли тяжелые мысли. Поменялись с мамой комнатами, теперь я спала на двуспальной кровати, как королева.