-И? – сердце сжимается, а в голове складывается картинка прошедших и последующих событий. Я еще ничего знаю, но стала догадываться.
-Ваш муж очень дорожит семьей, он верен, нацелен защищать, поэтому не повелся на дешевые трюки. Тогда Анжела обвинила его в слепоте, сказав, что во Франции вы встречались с любовником, у вас с ним была тайная встреча. Ее номер был рядом с вашим, она уверяла Игоря Николаевича, что любовник приходил к вам каждую ночь, и вы не особо стремились скрывать то, чем занимались за закрытыми дверьми. Потом вы потеряли всякий страх и уже встречались открыто, никого не стесняясь.
Я в шоке. Я просто в осадке от поведения Анжелы. И самое паршивое было то, что Игорь поверил этой лжи. Он не стал со мною разговаривать по этому вопросу, он просто примчался, вновь увидел меня с Лешкой и сделал свои выводы.
-Игорь Николаевич посмеялся над ее жалкими попытками очернить вас в его глазах. Он с иронией ей объяснил, что на фотографиях, которые она ему демонстрировала в качестве доказательства вашей измены, изображен лучший друг, с которым вы, Таня, хорошо общаетесь. Фотографии потом были все же изъяты у Анжелы с телефона и удалены. Никто естественно не поверил этому бреду.
-И вы ее отправили лечиться?
-Мне нужно было замять этот скандал. Я, конечно, потом еще извинялся перед Игорем Николаевичем за поведение своей жены, было стыдно перед ним.
-Надеюсь, Анжела поправится, и вы ее простите.
- Поживем и увидим. Врачи говорят, что она уже давно пошла на поправку и ее можно забрать домой.
-Надеюсь, ваша семья сохранится, - улыбаются. Мне бы очень хотелось, чтобы моя семья сохранилась. Теперь, узнав, что послужило причиной резкой смены поведения Игоря по отношению ко мне, я поняла, что еще шанс до него достучаться. Возможно, именно передача, на которую меня пригласили, поставит между нами либо точку, либо запятую.
Нахожу глазами в толпе мужа, он кого-то слушает, задумчиво смотрит перед собой, вряд ли его сейчас занимает речь говорившего. Наши глаза встречаются, я, извинившись перед Павлом Дмитриевич, ставлю стакан на стол по пути, иду к Игорю. Он несколько мгновений наблюдает за мною, что-то отвечает своему собеседнику, идет мне навстречу. Губы сами тянутся в улыбке, а то, что Игорь не остался на своем месте, дает надежду.
-Что-то случилось? – озабоченно заглядывает мне в глаза, заправляет мои волосы за уши. Облизываю губы, хочу его обнять, но сдерживаюсь, на нас слишком много посторонних людей смотрят.
-Я люблю тебя, - по жанру мелодрамы он должен мне улыбнуться и признаться в ответ, в реальности хмурится, в глазах настороженность.
-Что тебе такого романтичного сказал Павел, что ты побежала ко мне с признаниями?
-Почему ты не можешь поверить, что я тебе люблю? Может хватит меня проверять на стойкость, на твердость? Я могла уйти в первый же год нашего брака, но осталась. Более того, я стала женой президента, я исполняла все, что от меня требовали, даже больше, я старалась стать идеальной женой президента, чтобы в плане семьи никто к тебе не придирался. Неужели после всех лет совместной жизни я не достойна твоего доверия? Про любовь молчу, тут, наверное, все безрезультатно.
-Таня… - его глаза смягчаются, один уголок рта приподнимается, берет меня за руку. – Я…
-Игорь Николаевич! – рядом так не вовремя возникает Артем, виновато мне улыбается. Игорь склоняется к нему, тот что-то быстро шепчет ему на ухо. Я пристально слежу за сменой выражения лица мужа: черты лица ожесточаются, губы поджимаются в тонкую линию, глаза приобретают стальной блеск.
-Пусть готовят самолет, - отдает приказ Артему, смотрит на меня пару секунд, между бровями появляется глубокая морщинка. – Сегодня же вылетаешь в Лондон.
-Но…
-Это не обсуждается, Таня. Так надо, - отворачивается, уходит в сторону особняка. Гости встревоженно смотрят ему в спину, сразу же вокруг потяжелел воздух от какой-то неясной тревоги.
Я не понимаю, что происходит, пытаюсь уловить в обрывочных разговорах между мужчинами суть волнения. Вокруг только предположения, домыслы. Как и приказано, поспешно улетаю в Лондон. Я прилетаю вымотанная, уставшая. Ложусь сразу спать. Телефон разрядился еще в аэропорту в России, но скорей всего Игорю уже сообщили о моем прибытие.
Проснувшись утром, первым делом включаю новости. Тревога за ночь лишь усилилась, сердце от плохого предчувствия сжимается, колет. Я смотрю на экран и понимаю, что еще не скоро увижу мужа рядом с собою. Понимаю, что ему сейчас точно не до моих обид, не до объяснений со мною.
Вчера произошел теракт.