- Не понимаю, - прошипел Артур, наверное, в тысячный раз за прошедшие дни, - почему он заблокировал нам силу, когда полез в сражение… Я – его Верховный Маг! Если б я мог встать с ним плечом к плечу, у нас было бы в два раза больше шансов спастись!
- На сколько ни умножай ноль, он от этого больше не станет, - возразила Халина. – Кристиан знал, что от нас куда больше пользы будет на свободе! Так мы хоть чем-то можем ему помочь!
…Или сможем пережить его гибель, а не отправимся на плаху. Мне хотелось сказать об этом, но я прикусила язык, зная, что сейчас лучше не провоцировать – меньше будет беды. Де Брюйне и так готов растерзать меня на кусочки, и только благодаря постоянному присутствию Халины он этого до сих пор не сделал.
- Зачем он это сделал? – прохрипел де Брюйне. – Не понимаю… Он же знал, что никто не станет его слушать… Что такого ты наговорила Крису, что он начал нести эту чушь про Тень?!
- Это не чушь! – прошипела я, встречаясь с взглядом Артура. – Я всего лишь сказала Кристиану правду. Он мог распоряжаться с нею так, как пожелает. Пожелал вот так. И я не могу осуждать его за желание доказать обществу, что они собираются поклоняться выходцу из Изнанки.
- Ни у тебя, ни у него не было никаких доказательств!
- А если бы были, кто-то стал бы слушать? – фыркнула я. – Это просто смешно. Кристиан мешал королю. Рано или поздно исход был бы одинаков…
- Что ты вообще можешь знать, Светлая?!
- Прекрати! – вскинулась Халина, останавливая своего возлюбленного. – Не говори ничего, Артур. Ты сделаешь только хуже. Розалинда ни в чем не виновата.
- Если б не она, - прорычал Артур, - то Кристиан был бы на свободе. Никто не претендовал бы на его престол. Никому бы и в голову не пришло…
- Если б не она, - довольно резко возразила Халина, - то Кристиан, возможно, тоже провалился на Изнанку. Возможно, сейчас его тоже не было бы с нами. Артур, не заставляй меня вспоминать о том, насколько хитро переплетены человеческие судьбы. Я знаю, что ты не хочешь этого слушать.
Де Брюйне невольно втянул голову в плечи. Я видела боль, плескавшуюся в его глазах, и чувствовала, как ужасно ноет мое собственное сердце. Мне было жутко слушать эти обвинения – вдвойне оттого, что я и сама винила себя в произошедшем, хотя умом понимала, что не следовало этого делать. Если б я промолчала о происхождении короля, Кристиан нашел бы какой-то другой повод. Слишком он обозлился на собственного отца…
- Оставьте меня одну, - попросила наконец-то я, понимая, что больше не в силах выдерживать напряженную тишину.
Артур открыл рот, чтобы запротестовать, но Халина молча поднялась со своего кресла и жестом велела мужчине следовать за нею. Хлопнула дверь, и я наконец-то осталась одна. Наедине со всеми самыми кошмарными на свете мыслями…
Тишина в комнате длилась всего несколько секунд. После пространство вновь наполнилось таинственными звуками, которых я, собственно говоря, и ждала. Шепот Теней, к которому я теперь могла прислушаться, не заботясь о том, что на меня будут с удивлением смотреть Артур и Халина.
Одна из Теней отделилась от стены и свернулась клубочком, будто тот кот, у моих ног. Бесформенная, она слабо напоминала человека по силуэту, но зато была черная, как смоль, а значит – сильная, но переполненная воспоминаниями.
Я протянула руку, чтобы погладить Тень по подрагивающей спине. Я знала, что ей плохо, хоть ничем и не могла помочь.
- Все Светлые вас слышат? – спросила я, надеясь разговором как-то вытеснить печаль из собственного сердца.
- Светлые такие же глухие, как и Темные. Они могут только убивать нас, не более того. Это избавление, ведь мы перестаем все помнить, но тогда разрыв в балансе становится еще большим, - прошелестела Тень. – Потому это не выход. Нас нельзя убить. Нас надо отпустить…
А для этого нужен был мир. Я знала об этом – многократно слышала от Теней и понимала, что они со мной честны. Жаль только, что моего понимания слишком мало для того, чтобы заставить других тоже иначе взглянуть на Теней.
- Мне жаль, - наконец-то промолвила я, - что над вами так издеваются. Если б я могла чем-нибудь помочь…
- Нам нужен мир, - прошелестела Тень. – Мир подарит нам свободу. Мы останемся сгустками магии на службе у одаренных, но мы ничего не будем помнить. Мы станем элементом баланса. Нам не придется умирать для того, чтобы освободиться. Нам не придется помнить…