А может, и не будет.
- Ты голодна? – спросил меня мужчина, прерывая печальные размышления.
- Не знаю, - пожала плечами я. – Мне совершенно ничего не хочется.
- Но ты пострадала и потеряла много сил, - возразил он. – Так что тебе обязательно надо что-нибудь поесть… Я пойду, спрошу на кухне, есть ли у них что-нибудь вкусное. Будут какие-то пожелания?
- Нет. Я же сказала, что ничего не хочу.
О местной кухне я знала только то, что там готовили живые люди. Возможно, однажды они станут единственной доступной мне компанией, но сейчас я не хотела ни с кем разговаривать, кроме Кристиана. И есть тоже в самом деле не хотела.
Я присела на краешек кровати. Мужчина задержался на мгновение, а после шагнул к выходу, собираясь под благовидным предлогом оставить меня одну. Или, может быть, он действительно хотел поужинать… Откуда мне было знать?
- Кристиан, - тихо позвала его я, нарушая затянувшуюся тишину. – Я могу попросить об одном?
Он остановился у двери и тихо промолвил:
- Я готов тебя выслушать.
- Пощади их, - тихо попросила я.
- Кого?
- Светлых.
Кристиан вернулся обратно. Он опустился в неудобное, жесткое кресло и поднял на меня недоуменный взгляд.
- Зачем? Они ведь похитили тебя, разве ты не хочешь им отомстить?
Я опустила голову. Отомстить?.. Мне кажется, в этом мире и так все достаточно друг другу мстили. А теперь недоумевали, почему захлебываются в грязи и в ненависти друг к другу. У меня же таких вопросов не возникало. Кажется, это было более чем понятно.
- Понимаешь… - я запнулась. Мне столько всего хотелось рассказать Кристиану! А я толком не могла подобрать верных слов. – Сейчас ты отыщешь виновных и казнишь их. Но это будут светлые виновные, а Темных – того же лорда Холлея – ты пощадишь. Не потому, что благоволишь ему. Просто ты понимаешь, каковы будут последствия. Ведь он влиятелен, у него масса друзей. С ним легче договориться, чем со Светлыми…
- Они пытались убить тебя.
- Очистить, - возразила я. – И то только потому, что их подговорила Темная. Прояви милосердие первым, Кристиан. Покажи, что ты можешь прощать. Сделай первый шаг к миру. Скажи, пусть они говорят об этом. Рассказывают. Свяжутся со своими. В ответ на агрессию попытайся предложить им нормальные условия для жизни. Если в ответ Светлые атакуют, значит, пока что это невозможно, и придется ждать другого времени… Если согласятся, значит, есть шанс наконец-то заключить мир.
Кристиан попытался сконцентрировать на мне взгляд. Его губы растянулись в странной, несколько диковатой улыбке.
- Ты не просишь за себя, - наконец-то прошептал он.
- Да, - я кивнула. – Не прошу. У меня нет доказательств, которые подтвердили бы, что я – не Колетт Ларивьер. Ведь настоящая я – тоже гостья в теле Розалинды Лакруа. А в отличие от всех остальных, тебе об этом известно. Я и не Светлая толком, Кристиан… Но мне очень хочется, чтобы Тени наконец-то все забыли. Потому что они страдают. И не потому, что они плохие. Не потому, что они что-то нарушали. Все было решено до них. Тени – это не просто магические существа. Это выплески нашей агрессии и ненависти. Раны на теле мира. И они выбираются из Изнанки потому, что им там тесно. Потому, что из-за разрушения баланса они не могут все забыть. Единственный способ привести мир в порядок – это использовать магию Темных и Светлых в одинаковой мере. Объединить ее. Если ты не попытаешься этого, значит, миру нужен другой герой. Вопрос только в том, доживет ли он до его рождения?
Глава двадцать вторая
- Завтра ты поедешь со мной, - внезапно промолвил Кристиан.
- Что?
- Завтра я отправлюсь в столицу, - твердо произнес мужчина, - а ты поедешь со мной. Будет торжественная коронация. И тебя завтра назовут моей королевой.
- А потом ты отправишь меня обратно?
- Нет, - Кристиан поднялся на ноги. – Проклятье, Рози, разумеется, нет! Ты останешься со мной! Ты же моя жена.
- Почему?
- В каком смысле – почему?
Он недоуменно взглянул на меня, словно не понимал, что вообще могло смутить в столь резкой смене планов и настроения.
- Почему ты вдруг решил так поступить? – уверенно спросила я. – Ты ведь думал оставить меня здесь. Безо всякой коронации. Ты вообще боялся того, кем я могу оказаться! А теперь говоришь, что я останусь с тобой, что я твоя жена, что я, оказывается, тебе нужна…