- Наверное, в этот раз мне придется уйти в декретный отпуск чуть раньше, чем в прошлый, - рассмеялась я. – И на третьем ребенке мы, Крис, остановимся.
- Как скажешь, - усмехнулся он, целуя меня в щеку и помогая поднять платье с пола.
Я переоделась в ночную сорочку, скривилась, увидев ненавистные кружева и вышивку серебряной нитью. Все же, иногда мне мешала та излишняя роскошь, в которой должны жить настоящие король и королева. Конечно, это отнюдь не худшее из того, к чему приходилось привыкать, но все равно, иногда я уставала от излишнего давления.
- А у тебя как прошел день? – поинтересовалась я у мужа, присаживаясь обратно на мягкий пуфик и взявшись за расческу. – Что-нибудь интересное?
- Ничего особенного, - закатил глаза Кристиан. – Только стандартное недовольство от учителя нашего сына. Он никак не может понять, что принц магии успел измениться, и теперь ему тоже придется перестраиваться. Но Алекс у нас проявляет чудеса терпения…
- Он умничка, - расплылась в улыбке я, испытывая невероятную гордость за сына. – И со всем обязательно справится!
- Конечно, - кивнул муж. – Я даже не сомневаюсь в том, что у нашего сына все-все получится… Даже если ему придется сменить еще несколько десятков наставников.
- Рано или поздно они все-таки начнут разбираться в том, как нынче работает дар у детей смешанной крови.
- Лучше рано, чем поздно, - отметил Кристиан. – Ну, а так… больше ничего интересного. Разве что лорд Холлей, возмущающийся о справедливости, да Артур, который никак не может смириться с тем, что время военных подвигов прошло, и теперь ему приходится заниматься куда более скучными, мирными делами.
На самом деле де Брюйне, конечно, не грустил по тем временам, но чтобы Артур и не ворчал? О нет, я не представляла себе его улыбающимся и довольным жизнью. Мужчина, даже получив титул, женившись на Халине и вроде как обретя свое счастье, все равно без конца ворчал.
Я уже даже не поражалась, прекрасно понимая, что у него просто такой имидж, и мужчина поддерживает его всеми силами. Зато Артура де Брюйне боялись, и когда Кристиану надо было поставить кого-то на место, а сам он не хотел марать об это руки или не мог себе позволить испортить репутацию, он обращался к своему бывшему Верховному Магу, а нынче – первому советнику.
Самое главное, что де Брюйне, при всем его тяжелом характере, оставался хорошим человеком. И ему можно было доверять. Да и Темные, понимающие, что с Кристиана станется назначить на эту должность и кого-нибудь из Светлых магов, приняли Артура удивительно легко.
Даже лорд Холлей вовремя понял, что ему незачем просить об этой должности. Осознал, что после его предательства с королем-Тенью ни на какую милость от Кристиана рассчитывать не приходится, и благодарил Изнанку уже за то, что Его Величество не вспоминал о том проступке.
- Пойдем? – Кристиан склонился ко мне, целуя в висок. – Пора уже.
Я взглянула на мужа, улыбнулась.
- Сейчас приду, ложись спать, - пообещала ему, но сама еще задержалась на несколько секунд у зеркала. Провела расческой по густым волосам, распутывая несуществующие узлы, и невольно потянулась к шкатулке.
Я чувствовала, что она была соткана из магии Теней, и, наверное, именно поэтому и боялась открыть ее все это время. Скользнула кончиками пальцев по граням, ожидая, что сейчас уколюсь или почувствую, как капля за каплей уходят мои силы, но ничего не произошло.
Шкатулка не выглядела враждебно. Она словно приглашала заглянуть в нее. И я, решившись, осторожно провела ногтем по тайному замочку.
Откинулась в сторону крышка, и я заглянула внутрь.
В шкатулке лежали черные жемчужины. Я перебирала их, пропускала между пальцами, чувствуя приятную тяжесть магии, и с удивлением обнаружила на самом дне записку.
Открыла ее и улыбнулась.
«Спасибо. Жаль, что мы и тебя тоже забудем», - вещала она.
- Что-то случилось? – спросил Кристиан, напоминая о себе. – Рози?
- Все хорошо, - улыбнулась я, пряча записку под жемчужины и закрывая шкатулку. – Малыш толкается… Хочешь поприветствовать папу, солнышко?
Мой муж поднялся с постели, подошел ко мне, опустился на колени на мягкий ковер, опустил руку на мой живот и улыбнулся, почувствовав легкий пинок. Шкатулка все еще лежала на видном месте, но Кристиан ее явно не заметил. Или специально проигнорировал. В любом случае, это не имело значения.