— А ваши вещи… их ещё не разобрали? — Турсуаза окинула взглядом бардак на полу, а я в ужасе округлила глаза.
— Я… не видела… кто-то рылся в вещах, — пробормотала и поняла, что вот теперь стало и правда жутко.
Он пытался меня обокрасть? Или что-то выведать?
Да кто это, чёрт возьми, и почему он себе столько позволяет?
— Я должна написать герцогу! Немедленно! Это возможно?
Вот теперь он точно не отвертится. Кажется, пора муженьку вмешаться в мою жизнь! Я по-прежнему была уверена, что сумасшедший не причинит мне вреда, я этого не чувствовала, а предчувствие меня не обманывало никогда. Но вот то, что комнату перевернули — было совсем неправильно. И отличный повод подёргать муженька за усы к тому же.
— В городе мы можем зайти на почту, — кивнула Турсуаза.
— Как раз отправим приглашения на бал! — хлопнула в ладоши я, и мы обе поторопились покинуть спальню, будто развороченные чемоданы были чем-то отвратительным и дурнопахнущим.
Я постаралась избавиться от ощущения чужого тела, прижатого к моему. И от ощущения чужого запаха на моей одежде, но он будто преследовал. Катастрофа! Я даже не успела забыть предыдущую встречу. Нужно как следует вооружиться и вспомнить пару защитных заклинаний, потому что забиваться в уголок и дрожать я уж точно не намерена.
***
Я не понимала, что такое Бревалан, пока не увидела большую красочную карту, что подсунула мне Турсуаза, и пока не выглянула из окна кареты при свете дня.
Герцогство было размером с весь Эким. Тут была своя столица — Авар, у Птичьей горы. Там же располагался парадный дворец герцога, на который мне было страшно интересно посмотреть. Был в герцогстве портовый город — Мар, который Турсуаза назвала очень романтичным местом. Имелся свой курорт на юге — Солер.
А ехали мы в Иним, и он считался второй столицей и крупнейшим городом.
Я сидела у окошка, смотрела на мрачные пейзажи и не могла поверить, что всё это не просто мой дом, а буквально мне принадлежит! Альбе Алай никогда ничего не принадлежало, даже комнату я меняла раз в пол года, потому что моя матушка вечно ругалась с другими «жёнами» отца.
— Зачем герцогу Эким? — спросила я Турсуазу, а она не ответила сразу. Пожала плечами.
Для меня было очевидно, что этот брак только ради трона. Все это понимали и моя сестра в том числе.
Когда ей расписывали, как герцог прекрасен и умён, она только рыдала и вопила, что не хочет ехать в Бревалан. Ещё она говорила, что не желает быть королевой, не желает рожать нового короля и участвовать в этих политических играх.
Это было очень странно, потому что всех нас воспитывали с одним единственным знанием: брак — это не всегда добровольно, но всегда полезно!
Этот брак — полезен. Всем. И моему отцу, и герцогу. Так я думала, когда ехала в новый дом.
Но теперь, когда передо мной раскрылся Бревалан со всеми его изящными улочками, красивой мрачной архитектурой и странной, но завораживающей природой, я герцога понимать перестала.
Эким был ярким, как праздник, но так же быстро надоедал.
— Я не знаю. И я не очень хорошо знакома с герцогом. Мой брат… обожает его. Он уверен, что герцог — лучший человек на земле, и что все его решения верны.
— А ты так не считаешь?
— Я не знакома с ним. Но поверьте, я тоже была удивлена, когда узнала, что он женится на принцессе Экима. Правда… мы ждали не вас. Заменить вашу сестру... Это придумал ваш отец, чтобы герцогу не досталось трона? — совершенно искренне и как ни в чём не бывало поинтересовалась Турсуаза, а я усмехнулась.
То она не может поговорить о личном, а теперь такие вещи спрашивает. Не так проста эта девушка.
— Нет, — я покачала головой и снова уставилась в окно. — Наверное...
По земле стелился туман белый, словно молоко, и казалось, что сырость пробирала до самых костей.
Меня удивительным образом завораживал Бревалан, навевал тоску, казался мрачным и тёмным, но и оторвать глаз от чёрных деревьев, от тумана и от свинцового неба — не могла.