Вот и я Линнею ни слова не скажу. Волнуется за здоровье Амина? Чудесно. Я сделаю вид, что поверила. Мальчик на первом месте. При всех воспитателях, няньках и живой мачехе именно командир боевых магов должен искать ему лекаря. Больше никто другой. Похоже ли это на повод мозолить мне глаза, надеясь на возобновление отношений? Что вы, что вы. Вовсе нет. Чистая, незамутнённая забота о младшем брате будущего члена своего отряда…
Бездна! Аж яд на языке скапливался. Нет, с таким настроением я быстро выйду из себя. Шибану Линнея чем-нибудь тяжёлым прямо на глазах у Этана. Какого чёрта он такой настойчивый? Где мужская гордость? Где “сама приползёшь”, в конце концов? Пусть духи шепчут ему в уши всякое, свободную волю человека никто не отменял. Проклятье, он мне двух дней передохнуть не дал! Еле-еле дождался официального завершения помолвки. Красавец. “Я по-прежнему хочу на тебе жениться”. О, боги двух миров, за что мне это?
— София, ты как? — участливо спросил Этан, заметив, что я сбавила шаг. До крыльца Сагранны оставалось всего ничего. — Если устала и хочешь спать, давай я один пойду.
— Всё в порядке, — ответила я, не сводя взгляда с фигуры Линнея. Командир боевиков тенью качнулся к нам. — Поле открою — полегчает. Так всегда.
— Хорошо. Линней, ты уверен, что Амин здесь? В окнах темно.
— Свеча погасла пару минут назад. Идём.
На крыльцо он поднялся первым. Глубже натянул шапочку на оторванное ухо и постучал в дверь.
— Кто там? — раздалось в ответ неправдоподобно быстро. — Ночь на дворе, все спят.
— Сагранна, откройте. Амину плохо — я привёл лекаря.
В ситуации, когда ребёнку действительно плохо, любая нормальная женщина тут же бы распахнула дверь и повела нас в детскую. Но Сагранна медлила. Так долго молчала, что я осуждающе покосилась на Линнея. История с болезнью — ложь? Он с ума сошёл? Манипуляции здоровьем ребёнка ни в какие ворота не лезут.
— Амин спит, — наконец, заговорила мачеха и слегка приоткрыла дверь. В темноте влажно блеснул её глаз. — Я купила зелье у ведьм. Завтра с ним всё будет хорошо.
— Не будет, — вмешался в разговор Этан. — Тебе его отдали, чтобы он не умер в стенах посольской школы. Воспитательницы трусливо умыли руки. Погребальный костёр разводить? Утром он тебе понадобится.
У меня аж в глазах потемнело и ноги подкосились. Больше всего в жизни я боялась услышать такое о своём ребёнке, но выпад Этана понимала. Испуганный пациент — покладистый пациент.
Сагранна открыла дверь шире. На крыльцо вышла красивая женщина, закутанная в пуховую шаль. Идеальная причёска, макияж, ни следа усталости на лице. Она точно ухаживала за Амином, не смыкая глаз?
— И кто лекарь? Лин Этан, при всём моём к нему уважении, официально не практикует.
— Меня зовут София, — я вышла из-за спины кланового мага. — И я тоже не лекарь, а шаман. Сагранна, мы думаем, что Амина тянет в бездну подселённый демон. Его нужно изгнать, иначе ведьминское зелье не поможет.
Реакция мачехи была странной. Она вскинула голову и чуть было не протянула: “А-а-а-а-а”. Вроде как: “Теперь понятно”. Но, может, мне показалось. Ночь на дворе, я устала. Мало ли какой язык тела у женщин клана Смерти?
— Проходите, — сдалась она. — Прямо и направо. Сейчас зажгу свечи.
— Не надо. — На ладони Линнея вспыхнул огненный шарик. — Мы сами.
Глава 16. Неожиданная встреча
И вот не верь после такого, что Лилит благоволит к своим жрицам. Лиана чуть дара речи не решилась, когда увидела проклятую кочевницу на пороге своего нынешнего дома. Да ещё и в сопровождении безухого любовничка. А Этан как в их компанию затесался? Неужто гулящая деревенщина настолько сильно не знала, куда деть свою похоть? Сразу с двумя мужиками жениху изменяла? Однако. Эх, Франко, не вовремя ты ослеп. Такими темпами твои рога облака начнут задевать. Угораздило же выбрать невестушку.
— Амин! Амин, просыпайся, — Линней так уверенно зажигал свечи на пути в детскую комнату, будто каждый день здесь бывал.
И эта, подобрать бы слово поприличнее, за ним хвостом потащилась. Ох, голова до сих пор кружилась, и дело не в духоте под маской. Добыча сама пришла в руки! Смурная, притихшая, полусонная. Кинжал под лопатку ей воткнуть — и дело с концом. У ведьмы аж правая рука зачесалась, а глаза сами собой нашли кухонный нож. Он, конечно, тупой, но если с силой ударить… Нет, лучше проклятие. Сейчас Этан забормочет своё обращение к духам предков, никто не услышит другой шёпот. “Остановку сердца” ей сделать? Или что-нибудь позаковыристее, с отсроченным действием?