“Жди, — отчётливо шепнула тень за спиной ведьмы. — Ещё рано”.
Лиана вздрогнула, снова ощутив присутствие богини. Работал наспех сложенный под столом алтарь. Сейчас его закрывала длинная скатерть. Чего ждать? Когда Софию уведут из дома? Вряд ли господа маги оставят её здесь одну, без присмотра. Не лучше ли сейчас? Но, Пекло! Лилит виднее. Так что ведьма разжала кулаки и отправилась в детскую.
— Давай, — Линней приподнял мальчишку и подложил ему под спину вторую подушку. — Госпожа София тебя осмотрит, нужно потерпеть.
Ресницы приёмыша Сагранны слабо дрогнули. Нет, он не жилец. Лиана ему своё исцеляющее зелье пожертвовала, припасённое на крайний случай, но жизнь всё равно уходила из тощего тела. Кто бы мог подумать, что всему виной подселённый демон? Ещё одно удивительное открытие сегодняшней ночи. Сагранна — заклинательница демонов. Взрослая. Живая! Что она делала в шпионской сети Веданы? Почему настолько редкий и ценный дар пустили на сыновей простого разведчика? Да, папаша Заура с Амином был не последним в клане Смерти, но и не первым. Какого лысого инквизитора тут затевалось?
Пока мальчишку приводили в чувство, а София что-то бормотала, уставившись то в пол, то в потолок, Лиана думала.
Допрос она Сагранне устроила жёсткий. В подвале дома Франко шпионка перед смертью в чём только не созналась. Даже в том, что задумала извести своих пасынков. Чудом умолчала, каким способом, но суть выболтала. Замуж хотела выйти во второй раз. За кого-то побогаче и посолиднее своего разведчика. Мальчишки, естественно, мешали. И теперь, зная подробности, Лиана понимала, что подселение демона было почти идеальным вариантом. В клане Смерти браслетов и бус из ягод рябины не носили. Богине земли Дите не молились и специфическую, очень дорогую инквизиторскую защиту не ставили. А значит, посланников бездны никто бы не обнаружил. Да чего уж кривить душой, сама Лиана не поняла, в чём дело. Алтарь сложила, чтобы просить помощи Лилит. Испугалась сильно. Вдруг действительно переборщила с имитацией заушницы, и лекари клана на неё выйдут? Но нет, она сработала чисто. Ни следа ведьминской магии. Зато демон внутри. Ну Сагранна, ну удружила.
— Есть разрешение на работу, — тихо сказала София и сняла тряпку с чего-то круглого. — Душа Амина уже в Нижнем мире. Я спрашивала, куда она смотрит: в жизнь или в смерть. Мне сказали, жить хочет. Значит, пробуем вернуть. С демоном уже там буду разбираться. Душу как-никак ему обещали. Это осложняет дело, но… Работать надо, в общем.
Ерунду бормотала кочевница, Лиана раздражалась. Ещё и никак не могла разглядеть в полумраке, что там у неё в руках. Широкий обод, туго обтянутый кожей. Ручной барабан с колотушкой?
“Бом! — Заговорил инструмент. — Бом! Бом! Бом!”
— Подождите, — дёрнулась ведьма. Удачно вспомнила, что играет роль обеспокоенной мачехи. Села на кровать к Амину и обняла его за плечи. — Что за Нижний мир? О чём вы?
— Бездна, — уточнила София. — Никак не привыкну, что Нижний мир у вас называют бездной.
— Ха! Вы с ума сошли? Бездну населяют мёртвые, а мальчик жив.
“Пока ещё, — поправила себя ведьма, — но после глупой игры на глупом инструменте точно туда отправится. Надо же, как удачно! Вот на неё-то, на Софию-недолекаря, она смерть Амина и свалит. Пришла, понимаешь ли, полезла, куда не просили. У-у-у, проклятая!”
Лиана даже представила, как будет рыдать слезами Сагранны поверх маски. Уникальный артефакт Франко и такое позволял.
— Мальчик жив, — смущенно повторила кочевница. — Простите, я неточно выразилась. Шаманы так говорят, когда болезнь серьёзная. Будто бы душа уже в бездне.
— Не объясняй, — тронул её за плечо Этан и строго посмотрел на ведьму в маске мачехи. — Работай, время теряем.
София кивнула в ответ и пошла в центр комнаты. Опять застучал ручной барабан. Бом-бом-бом. Однообразная до смеха музыка заполняла вибрацией комнату. Буквально пробиралась в каждый угол. Пламя свечей трепыхалось, скатерть над алтарём Лилит выгнулась от сквозняка. Хорошо, что темнота прятала Лиану. Пару минут она ехидно улыбалась, ожидая, когда кончится представление бродячего театра. Но чем дольше звучал барабан, тем больше становилось не до смеха. Зубы вдруг застучали. По телу волнами покатилась дрожь, и мелкие волоски на руках встали дыбом.