Люсия, причмокивая, отхлебнула из бутылки и протянула её мне.
— Выпей. Первая ночь в новом доме — самое подходящее время.
Я с радостью согласилась, и топор в моих руках вдруг показался неподъёмным. Ветер завывал в разбитых окнах, и где-то в глубине замка что-то жалобно скрипело, будто старые кости.
— Ладно, — вздохнула Люсия, закупоривая бутылку. — Пойду посмотрю, что тут еще есть.
Она повернулась и вышла, оставив нас с Джоном одних в полуразрушенном зале. Огонь трещал, отбрасывая наши тени на стены — две чёрные фигуры среди руин.
— Я проверю стражу. Приду позже, — и он ушёл, его шаги поскрипывали по каменным плитам, пока не растворились в темноте коридора.
Намучавшись с камином, я все-таки смогла его оживить к вечеру. Сама уже не помня как, я добралась на верхний этаж, где вовсю хозяйничала Люсия. Когда я встала посреди хозяйских покоев, сжимая в руках грубое шерстяное одеяло, которое принесла она, комната показалась мне просторной, но пустой – каменные стены, массивная кровать с балдахином, изъеденным молью, и одинокий подсвечник на прикроватной тумбе.
Огонь в камине уже разгорался, отбрасывая дрожащие тени на стены. Я провела рукой по покрывалу – пыль осела на пальцах серым налетом.
«Так вот он – мой брачный чертог», – подумала я с горькой усмешкой.
Я уже собиралась лечь, когда дверь скрипнула. Джон стоял на пороге, его широкая фигура заполнила проем. Он снял кожаный доспех, остался в простой рубахе, и я впервые разглядела, насколько он устал – тени под глазами, напряженные плечи.
— Здесь есть еще одеяла? – спросил он тихо.
Я покачала головой.
— Только это.
Он кивнул, закрыл за собой дверь и подошел к камину. Огонь освещал его профиль – резкие скулы, твердый подбородок, шрам на виске, который я раньше не замечала.
— Ты спишь здесь? – спросила я, хотя ответ был очевиден.
— Да.
— На полу?
Он повернулся ко мне, и в его взгляде не было ни смущения, ни вызова.
— Если ты против, я могу уйти.
Я закусила губу. В столице я бы рассмеялась ему в лицо. Но сейчас… сейчас я просто устала. Устала от дороги, от этого замка, от взглядов гарнизона, от капеллана, который смотрел на меня, как на грешницу.
— Останься, – сказала я. – Пол холодный.
Он медленно кивнул и подошел к кровати. Я отодвинулась к краю, давая ему место. Мы легли рядом, не касаясь друг друга. Я чувствовала тепло его тела, слышала его ровное дыхание.
— Джон, – прошептала я.
— М?
— Что это за шрам?
Он на секунду замер, потом провел пальцем по виску.
— Топор орка вскользь прошел. В прошлом году.
Я не знала, что сказать. Вместо этого я повернулась к нему и вдруг заметила, что он лежит на самом краю, почти не шевелясь, будто боясь потревожить меня.
— Ты не упадешь?
Он усмехнулся в темноте.
— Привык. В армии спали по трое на одной койке.
Я засмеялась. И вдруг осознала, что это первый раз, когда я смеялась сегодня. За окном завыл ветер. Где-то в замке скрипнула дверь, и на мгновение мне показалось, что я слышу шаги – тяжелые, нечеловеческие.
— Это… орки? – спросила я, невольно придвигаясь ближе к Джону.
Он прислушался.
— Нет. Просто старые стены.
Я кивнула, но не отодвинулась. Мы лежали молча. Огонь в камине потрескивал, отбрасывая блики на потолок.
— Завтра начнем ремонт, – сказал он наконец.
Я закрыла глаза.
— С чего?
— С крыши. Потом окна.
Я улыбнулась в темноте.
— А потом?
— Потом научимся жить здесь.
Я не ответила. Но когда он осторожно накрыл меня краем одеяла, я не отстранилась. За окном Харрангара, в черноте ночи, завывал ветер. Но здесь, в этой комнате, было тихо.
Глава 10. Новый дом
Крик вороны за окном разорвал мой сон. Я вскочила, хватая ртом холодный воздух, и мгновение не могла понять, где нахожусь. Потолок над головой был не мой родной столичный с позолотой, а грубые каменные своды, покрытые паутиной и копотью.