Со всех сторон появились молчаливые боксеры и безжалостно обрушились на незваных гостей. Освобожденная Кейт услышала ужасающий треск челюсти своего обидчика под мощным ударом кулака. Повсюду сыпались страшные удары в ребра, желудки, лица; закрывались глаза, выбивались зубы, расплющивались носы. Кровь текла ручьями.
Кейт, стоящая на коленях на влажной от ночной росы траве, с трудом поднялась и подошла к освобожденной, беспомощно всхлипывающей Жасси.
– Пойдем! Мы должны потушить пожар! – крикнула она.
На кухне горел буфет. Кейт схватила ведро с водой, стоящее под раковиной, и погасила пламя, вызвав шипение и клубы дыма. Потом сунула в руки Жасси ведро:
– Качай воду!
Жасси осталась около раковины и принялась отчаянно качать воду из насоса, а Кейт взяла березовую метлу и побежала в столовую. Искореженные ставни раскачивались на петлях, кочерга валялась на полу, занавески и ковер были охвачены огнем. Рукояткой метлы женщина сняла с крючков карниз, который упал вниз, вызвав новые вспышки пламени. Подхватив нетронутый огнем каминный коврик, она потушила занавески. Отодвинув в сторону обеденный стол и расшвыряв стулья, она принялась колотить по пылающему ковру. Кашляя и задыхаясь от дыма, она приняла из рук Жасси ведро с водой, вылила ее на пламя и вернула обратно.
– Неси еще! Еще воды!
Когда Дэниэл вбежал в дом, то обнаружил Кейт, стоящую на коленях в темной задымленной комнате, с опущенной головой, в полном изнеможении. Рядом с ней лежала наполовину сгоревшая метла.
– Кейт!
Она подняла свое почерневшее лицо и взглянула на него покрасневшими от дыма глазами.
– Мне жаль, что из-за меня вы проиграли бой, – хриплым голосом проговорила она. Последние силы оставили ее, и она упала к его ногам.
Кейт спала много часов, время от времени открывая глаза, и снова засыпала. Когда она наконец проснулась, в комнату вошла Жасси, неся на подносе горячий шоколад. Подперев Кейт подушками, она уселась на ее постели и подробно рассказала о случившемся.
– Во всех местах, куда влезали эти преступники, они натыкались на поджидающих их боксеров. Джим рассказал, что они выскакивали из тени, словно призраки, быстро побеждая врагов, как произошло и у нас в саду. Дэниэл вызвал судью из Маррелтона. Всех, кого удалось схватить, обвинили в намеренном взломе и вторжении на чужую территорию с целью причинения ущерба имуществу. Все это дело устроили посредники, которые нашли исполнителей в трущобах Лондона. Мы можем только догадываться, что за нападением стоит Александр Рэдклифф, но его нельзя обвинить без доказательств.
– Как можно быть уверенным, что эти мужчины не откажутся давать показания?
Жасси хихикнула.
– Джим говорит, что еще никогда в жизни не видел настолько испуганных парней, готовых брата своего предать, чтобы избежать наказания.
– Что же за монстр этот Александр Рэдклифф, который спокойно пошел на то, чтобы мы с тобой заживо сгорели в доме?
– Основным условием оплаты был запрет любого кровопролития. Если бы все пошло по плану, нас бы вытащили из кроватей, бросили с завязанными глазами в саду, а дом сожгли бы дотла.
– А что с мужчиной, которому я проткнула ногу? спросила Кейт, при воспоминании об этом ее снова охватил ужас.
– Он лишился пальцев, но тебя не должна мучить совесть. За ним числится много случаев грабежа с насилием. Все судьи вздохнули с облегчением, что наконец-то смогли посадить его под замок.
– Что с домом?
– Незначительные повреждения на кухне, пламя попало на плитку, и ты его быстро потушила. Со столовой все прошло значительно хуже. Комнату придется полностью ремонтировать и даже кое-где менять доски на стенах и полу. Пока ее только почистили, и Дэниэл сразу же запер дверь. Он сказал, что не может сейчас отвлекать плотников от важной работы на стройке. Только стекольщики заменили разбитые стекла.
У Кейт все похолодело внутри при мысли, что она без разрешения Дэниэла позвала рабочих, чтобы соорудить подсобное помещение и шкафчики на складе. Ей пришло в голову, что он не одобрит ее поступка. Никто из рабочих не посмел ослушаться ее приказов, очевидно полагая, что она всего лишь озвучивает распоряжения хозяина.
– Кто разливал чай и эль рабочим, пока я спала? Кто именно?
– Нед и два мальчика. Некоторые мужчины помогали им.
– А что… что сказал Дэниэл?
– Боюсь, он был не очень доволен, – смутилась Жасси.
Кейт догадалась, что она выразилась очень сдержанно, и поняла, что ей в ближайшее время снова придется столкнуться с гневом и раздражением Дэниэла. Она выпила вторую чашку шоколада, чтобы подкрепить силы перед предстоящим тяжелым испытанием, и решила, не откладывая, пойти в офис, чтобы закрыть вопрос.
В это время Дэниэл, сидя на лошади на верховой тропе в глубине лесов, окружавших Рэдклифф-Холл, ожидал Клодину, которая каждое утро совершала одинокие прогулки вдоль холмов. Он увидел ее раньше, чем она его. Ее медового цвета амазонка мелькала среди стволов деревьев, и он поскакал навстречу. Губы Клодины изогнулись в насмешливой улыбке.
– Ба! Торжествующий герой! Вы и ваши знакомые боксеры быстро отпустили грехи тем, кто пытался уничтожить ваше имущество.
– Ваше предупреждение пришло очень вовремя!
– Предупреждение? Какое предупреждение?
Выражение притворной наивности на ее лице таило в себе насмешку.
– Никто нас здесь не услышит. Не бойтесь признаться и своем благородном поступке, – попросил он, развернул лошадь и поехал с ней рядом.
Она показала в улыбке свои маленькие белые зубки.
– Я делаю только то, что мне выгодно. Мне доставляет удовольствие наблюдать, как разрастается Истхэмптон. В отличие от Александра и его друзей я приветствую его развитие. Маррелтон безобразный старый город, он никогда не привлекал меня, я с нетерпением жду появления новых магазинов в Истхэмптоне, театра и концертного зала. Если вы построите себе неплохой дом, я не удержусь от соблазна нанести вам визит.
– Я собираюсь построить себе самый прекрасный дом на всем юге Англии.
Впервые Дэниэл упомянул, что планирует что-то лично для себя. И хоть все остальные знали о его намерениях, он редко говорил об этом, осознавая, что еще очень нескоро сможет начать строительство. Но мысленно он уже запланировал каждую комнату. Не проходило и дня без того, чтобы он не представлял на зеленом холме среди великолепных деревьев свой будущий дом.
– И где будет располагаться ваш дом? Около купальных машин мистера Брауна?
Временами он страстно желал ударить ее за эту провоцирующую надменность. Его лицо напряглось, на щеках выступили скулы.
– Нет. Данная честь выпала холму, возвышающемуся над Истхэмптоном.
Выбор Дэниэла произвел на нее впечатление, что она и показала, вскинув брови.
– У вас хороший вкус, сэр, – снисходительно заметила она. – Мне остается надеяться, что все пройдет согласно вашим замыслам.
Его усмешка выглядела такой же безрадостной, как и ее улыбка.
– Я всегда получаю то, что хочу.
– Это легче сказать, чем сделать.
Она взмахнула хлыстом и галопом пронеслась среди деревьев вниз по склону холма. Он немедленно последовал за ней, и они помчались как ветер. Лошадь Дэниэла была сильнее, но он старался держаться с ней рядом. Они перескакивали через маленькие речки и ручейки, брали низкие каменные стены, Клодина оживленно смеялась. Они разогнали отару овец, которые разлетелись при их внезапном появлении, как семена одуванчиков на ветру. Остановившись около заброшенной ветряной мельницы, откуда открывался великолепный вид во всех направлениях, они дали лошадям передохнуть. Клодина спешилась, сбросила шляпу и упала в густую траву.