— Вот ещё что, вот это надо переложить в соусники и предложить постояльцам. Скажи, что эти соусы хороши к мясу и к главному блюду. — Я открыла майонез и показала, как его выдавливать.
— Справишься? — Мира с готовностью кивнула.
— Ну и отлично, я постараюсь недолго. — сказала я ей и вернулась к Кире.
Кира так и сидела, сжавшись в комочек, я подошла к ней, обняла, закрыла глаза и представила усадьбу, которую видела издалека, мгновение, и мы в той же позе, что были за печкой, оказались возле парадного входа с большими белыми колоннами.
Потянула большую резную дверь на себя, она с лёгкостью поддалась, впуская нас внутрь.
Я на секунду опешила перед представшей нам картиной. Роскошь и красота внутри дома настолько впечатляли, что я, не удержавшись, воскликнула:
-Мама дорогая, я сейчас себя ощущаю как Скарлетт из «Унесённых ветром». Я такую красоту только в музеях видела. - Высокие потолки, начищенный паркет, в котором отражались висящие хрустальные люстры, множество диванчиков и кресел, изящные столики, на которых стояли вазы с цветами, а по середине великолепная широкая лестница, убегающая на второй этаж.
Очнувшись от созерцания всей этой роскоши, перевела взгляд на Киру, которая так же, как и я, в растерянности рассматривала интерьер. Взяла её за руку и, подведя к диванчику, усадила её и присела сама рядом с ней.
— Ну давай рассказывай, что за муж и откуда он взялся.
Она начала сбивчиво на ломаном языке говорить, периодически переходя на свой родной, и это, мягко говоря, раздражало, так как я практически ничего не понимала из сказанного ею.
— Так стоп, скажи мне, почему все иноземцы говорят на нашем языке без акцента, а ты нормально и двух слов связать не можешь? — Кира с виноватым видом протянула ко мне руки и ответила: — Браслеты, госпожа.
— Они блокируют твою магию, да? Из-за этого ты не можешь нормально говорить? Как их снять?
— Как и ошейник, госпожа, вашей кровью.
Я, недолго думая, вынула острую шпильку из своих волос, уколола палец и поочерёдно его приложила к браслетам, в ту же секунду они щёлкнули и, упав, со звоном покатились по зеркальному паркету.
Кира на глазах стала меняться, из женщины она превратилась в молоденькую девушку, ушли синяки под глазами, появился румянец, и взгляд стал яркий и как будто наполнился жизнью.
— Ну ничего себе, ты так изменилась, — я с восхищением смотрела на девушку.
— Это всё браслеты, госпожа, они у меня забирали всю магию и жизненную силу, — Кира, морщась, потёрла запястья. Потом, как будто опомнившись, кинулась мне в ноги со словами благодарности.
- Ну ладно тебе, хватит, — я ласково погладила её по голове. - Ты бы на моём месте также бы поступила, а теперь давай рассказывай всё по порядку.
Девушка присела возле меня и только начала говорить, как с изумлением перевела взгляд в сторону и принюхалась. Проследив за её глазами, я увидела стоящего Нафаню, с интересом разглядывающего Киру.
- Во, учуяла меня. - Он отшвырнул ногой браслет. - Надо было пока их не снимать, её бывший муженёк может её почувствовать, спроси у неё, на ней есть его метка.
- А она тебя что, не видит? - Я с интересом переводила взгляд с девушки на домового.
- Нет, и не видит, и не слышит, только своим волчьим нюхом чувствует. Объясни ей всё, а то я прямо вижу, как у неё шерсть на загривке встала, - хохотнул Нафаня.
Рассказала ей всё про домового.
— Так что ты расслабься и не напрягайся, он мой друг и даже в каком-то смысле, я бы сказала, некровный родственник, — я перевела взгляд на довольно зардевшегося от моих слов домового.
- Нафаня спрашивает, есть на тебе метка мужа?
Кира отрицательно замотала головой и начала свой рассказ.
Она и в правду была полукровка. Отец её был Альфа стаи, её мать была сильная лекарь-маг и спасла её отца от смерти. Полюбив друг друга, оборотень ввёл её мать в род и взял в жёны наперекор старейшинам стаи. Так появилась Кира, обладательница двух сил.
Детство у неё было счастливым. Она росла в любви и в заботе своих родителей, так было до тех пор, пока их не убил её бывший муж, победивший на ежегодных состязаниях силы и занявший место её отца. Перед этим он похитил Киру и, шантажируя родителей её смертью, лишил её отца воли к победе, этим отец спас её в обмен на свою жизнь.
По закону он должен был взять её в жёны, что и сделал, после брачного обряда он изнасиловал её, но свою метку не поставил. Отвёз её в соседнее государство и продал старому магу, объявив стае, что она погибла.
Теперь он здесь, и она опасается, что он может предъявить свои права на неё, ведь, будучи живой, она по-прежнему его жена и, следовательно, он имеет все основания забрать её с собой.