Его величество в удивлении приподнял одну бровь и внимательно посмотрел мне в глаза. Я, не опуская взгляда, ответила ему тем же. Мы оба замерли, сверля друг друга взглядом. Минуты шли, и с каждой секундой тревожное напряжение нарастало. Неожиданно он сделал шаг назад и, громко засмеявшись, произнёс: «Доминик, мальчик мой, она мне, безусловно, нравится».
Придворные весело подхватили смех короля, и витавшее в воздухе напряжение стало спадать. Король поднял руку и громко сказал: «Вот такая и должна быть будущая королева нашего государства, дорогой сын, ты оправдал мои надежды».
В зале вновь воцарилась мёртвая тишина, мой супруг напрягся, а королева, всё это время стоявшая на месте, внезапно вздрогнула, словно от неожиданной, унизительной пощечины.
Её глаза вспыхнули зловещим алым огнём, и в тот же миг она сомкнула веки, а губы её растянулись в улыбке.
«Почудилось, — подумала я, — но сердце сжала тревога». Посмотрела на Дмитрия, его лицо было напряжённым, а на лбу появилась глубокая межбровная морщинка от сосредоточенно сведённых бровей.
- Герцогиня, позвольте, - король подал мне руку. - Дорогие мои поданные, прошу всех к столу. Уводимая королем в соседнее помещение, где был накрыт огромный стол, я быстро оглянулась и вопросительно посмотрела на мужа. Дмитрий мне кивнул и показал глазами, что всё в порядке. Рядом с ним под руку с Федерико шла королева, прожигая мою спину злобным взглядом.
«М-да, ощущение, что мы угодили в какую-то ловушку, с каждым мгновением усиливалось. Ожидать от королевы теперь можно было всё что угодно, теперь наравне с Дмитрием я тоже становилась врагом номер один», — подумала я и повела плечами от неприятного жгучего ощущения на спине между лопаток.
За столом все взоры были прикованы к нам с Дмитрием. Мы сидели рядом, по правую руку от короля. Фредерико, явно пренебрегая правилами этикета, с невозмутимым видом расположился рядом со мной, чем вызвал неодобрительный, злой молчаливый упрёк со стороны королевы.
За столом обсуждалось несколько тем: намёк короля на то, что мой муж станет будущим королём, моё неожиданное появление, а также главное заморское блюдо, рецепт которого был выкуплен за немалые деньги. Этим блюдом оказался мой плов.
На все задаваемые вопросы мне королём Дима старался отвечать сам, я лишь кивала и мечтала о том, когда этот званный и утомительный ужин наконец закончится.
Единственным, кто скрасил это мероприятие, оказался принц, который развлекал меня беседами о рецептах, которые он собирал по всему миру и мечтал их опубликовать в виде печатной книги.
В общем, королевский пир не вызвал у меня никакого удивления, всё было в точности как в фильмах и книгах, которые я видела и читала в своём мире. Напыщенность и манерность придворных, лицемерная любезность короля и королевы — всё это было мне знакомо. К концу трапезы я окончательно убедилась в том, что здесь ведётся двойная игра, и нам с мужем предстоит сыграть в ней главные роли. Вопрос только в том, какой будет развязка и какой хэппи-энд нас будет ожидать в конце.
Бал открывали мы с мужем, в местных танцах мы были оба полный ноль, решили действовать по обстоятельствам, и когда заиграла медленная красивая мелодия, мы, не сговариваясь, закружились в вальсе. Шокированная притихшая публика неотрывно следила за нами.
— Я думаю, этот вечер они запомнят надолго, — прошептала я мужу и засмеялась. — Дим, тебе не кажется всё происходящее вокруг нас очень странным?
- Что именно?
- Всё, разговоры за столом, намёк короля на то, что он ожидал от тебя, и ты сделал. Я себя чувствую так, как будто все всё вокруг знают, кроме нас, и усиленно хотят сделать вид, что ничего не происходит.
— Да, поведение короля сегодня вызывает у меня недоумение. Признаться, я не слишком хорошо его знаю, но за три года нашего общения могу с уверенностью утверждать, что сегодня он в корне изменился. Обычно при наших встречах мы оживлённо обсуждаем мои научные изыскания, ибо его пытливый ум не терпит праздности. Однако сегодня он ни словом не обмолвился о моей работе. Прежде он никогда не давал мне повода думать, что я могу стать наследником трона, и прекрасно осведомлён о моём отрицательном отношении к этой перспективе.
— А что же королева?
— Королева злая и холодная, рыбина. Однако её поведение тоже отличалось от обычного: за столом она не проронила ни слова, в то время как раньше её колкости в мою сторону сыпались бы без остановки. Он задумался.