— Хорошо, не считаю. Но и оправдываться также не считаю нужным. Все, как я и сказала, прислуживать семье повелителя — честь, а не унижение.
— Я распоряжусь о том, чтобы вам заменили фрейлин.
— Не стоит, — тут же попросила я. — Уверена, фрейлины не виноваты и сами искренне верят в то, что я отослала слуг. Просто узнайте, кто осмелился нарушить ваше распоряжение.
— Вы мне приказываете?
— Всего лишь советую, да и мне тоже любопытно, как же так получилось.
Я нахмурилась.
— Леди Соэль говорила, что штат прислуги супруга повелителя набирает сама, это так? — Закаменевший взгляд стал мне ответом. Да что б тебя, ледышка ты крылатая. — Антарес, прекратите искать во мне врага. Я — ваша жена. Перед богом и людьми. И, кажется, дала обещание не позорить ваш род.
— Но и не распоряжаться здесь всем, словно вы хозяйка.
Так вот в чем дело. Мужика бесконечно бесит тот факт, что я есть и избавиться от меня никак. И в уголочек не спрячешь. И явно ситуация с поцелуем забылась. Ох, и не люблю я ночных кукушек, явно же от своей Арнели ко мне приперся. Кому он еще может доверять?
— Антарес, я восхищаюсь вашим умом и мудростью, но в отношении меня вы почему-то не желаете ими пользоваться. — Кажется моя выдержка полетела в бездну. Ты посмотри-ка, не хозяйка. Жена я, и места своего не отдам. — А как жена повелителя должна себя вести? Вы правда считаете, что я весь срок нахождения во дворце, должна не выходить из спальни? Месяц, правильно? И ни с кем не общаться? Я правда похожа на ручного зверька?
Как-то само вышло, что я положила руки на его грудь и невольно сжала ворот его рубашки. Нет, я очень терпеливая. С моей работой иначе и нельзя было. Как я уже говорила, хоть супом в лицо плеснут, стой и улыбайся, приветливо и радушно. Но тут речь идет о моей жизни и о том, как впоследствии ко мне отнесутся подданные Антареса, а я отлично знала, как себя поставишь в первые дни, так в дальнейшем и будет. Первое впечатление не просто важно, оно архиважное и его крайне сложно перебить.
А теперь главный вопрос, как отнесутся к супруге повелителя, если она словно комнатная собачонка, сидит в углу и чихнуть боится? Да кто ж меня всерьез воспринимать будет? А никто!
— Да, я рассчитывал, что вы не станете вмешиваться в естественный ход жизни в Облачном дворце. Вам обязательно найдут занятия по душе…
Надо же, найдут чем заняться. Вот спасибо! Я разозлилась. Между прочим, право имела. Я все-таки живая. И пусть не напрашивалась в супруги повелителя фэлроу, отказываться не планирую.
А потому решила не откладывать в долгий ящик проверку татуировки. Да и чего стесняться? Я хоть и мельком, и мало что рассмотрела, но и мужа, и его любовницу, в неглиже уже видела.
Да я рванула его рубашку. Ну хорошо, попыталась. Сил-то у меня не так много. Впрочем, можно и расстегнуть пуговички. Чем я и занялась.
— Что ты делаешь? — вмиг севшим голосом поинтересовался муж.
— А разве не видно? — огрызнулась я. — Раздеваю вас.
— Зачем?
Мне так и хотелось ответить: насиловать буду, но я сдержалась.
— Хочу посмотреть, есть ли у вас брачная татуировка или только мне досталось это украшение.
— Что?
— Раздеваю, — снова повторила, продолжив бороться с пуговичками. — Насколько я поняла татуировки должны быть у обоих супругов, но ваша — на спине, а не на шее, как у меня. Я хочу ее видеть.
На самом деле я практически закончила с пуговицами. Вообще, я когда целью задаюсь — иду до конца и напролом. А потому пусть сколько угодно таращится и в изумлении рот открывает, пока татуировку своими глазами не увижу, не отпущу.
Руки в нетерпении коснулись обнаженного торса… Мамочки! Какой он у него! Нет, не подумайте, это вскользь вышло, когда я наконец расстегнула ему рубашку и попыталась ее снять. Но отказать себе в том, чтобы пощупать? Я что, дура?
— Ничего себе, — пробормотала я, увлекшись изучением живота мужа. — Каменные, надо же…
— Каменные? — хриплым эхом переспросил он.
Вот он сегодня явно попугаем подрабатывает.
— Ну да, — не стушевалась я. — Сами смотрите.
И вновь пальчиками пробежалась по торсу. Кубики, самые настоящие, те самые, которыми грезят девчонки, представляя идеальный торс мужчины. Даже демонстративно ногтем потыкала, показывая, что вот они и есть каменные, про них говорю.
— Долго тренироваться пришлось?
— Тренироваться? — опять, как радио сломанное, выдохнул муж последнее слово на повторе.
— Конечно, с такой фигурой вряд ли можно родиться. — Легонько поглаживая горячую кожу, невозмутимо сообщила я. — Это результат явно долгих и упорных тренировок. Потрясающе. Тоже такие хочу…