Я по-новому взглянула на кокон, который спеленал Арнель. Каждый цвет — своя особенная сила. Откуда я это поняла — не знаю. Но вот что она означает? Увы, ответа не было. Но больше всего было голубых, золотых и алых нитей, чуть меньше зеленых и темно-синих, еще меньше белых и розовых, и совсем редким вкраплением можно было назвать серебряные и черные нити.
Все они переплетались между собой, становясь прочным «канатом», который шел ко мне. За него-то я и дернула, не руками нет, магией и мысленно отдала приказ возвращаться силе. Получилось. Вот только с меня семь потов сошло. Ломать не строить, м-да… Что ж так мерзко-то?
— Ваша милость, простите, но вам нужно позвать фрейлин. Вам сейчас будет плохо…
Она как в воду глядела. И в итоге не я, она вызвала фрейлин и давала тем указания, я же… Я чувствовала себя выжатой до предела. Странно ощущение. Одно хорошо — отключаться я явно не собиралась. Просто эта усталость, как липкая паутина, окружила, запеленала и выпускать не хотела. Словно бы я вычерпнула колодец до донышка, а потом слишком резко наполнила его водой. Впрочем, так оно и было, что и подтвердил спешно вызванный лекарь, активно взявшийся отпаивать меня настоями из трав. И его хлопоты увенчались успехом. Через полчаса мне стало намного легче. Настолько, что я смогла и пошевелиться, и поблагодарить за участие. Надеюсь, что не каждый раз используя магию, я буду чувствовать себя тряпкой. Такое себе ощущение.
Глава 14
Глава четырнадцатая
Арнель Эрдхей
Арнель наблюдала за принцессой и не мешала лорду Ралену работать. Ей было о чем подумать. Например, о том, как ловко Данаэль провела ее при первой встрече. Вердикт был неутешительным, дура, но безобидная. К концу встречи мнение резко поменялось. Ну не может дура так себя вести, не может! Слишком все… выверено? Просчитано? Словно и не человек перед ней, а демоница. Хитрая бестия.
Таких Арнель уважала и восхищалась ими. Чего уж там, и сама такой была.
Лорд Рален колдовал над ее милостью, Арнель думала. Усиленно.
Появление ее высочества в спальне повелителя стало для нее шоком. Она растерялась. Чего с ней не случалось уже много лет. Что для демоницы век? Период взросления. А для полукровки? Да ровно тоже. Невольно запоминаешь все события, которые вывели из равновесия. Не так уж и много их было.
Растили ее не приживалкой, в доме отца она была почти наравне с его сыновьями, получала образование и конечно же мечтала о большем.
Впервые с небес на землю ее спустили, когда Арнель влюбилась. Еще по-детски наивно и со всей пылкостью, было ей тогда около тридцати, примерно пятнадцать человеческих лет. Отец надавал таких пощечин, что щеки от одного воспоминания пламенем горят. Состав учителей был полостью заменен новыми. А вот подобная реакция для Арнель оказалась шокирующей. Но не сразу вызвала подозрения. Совсем нет. Тогда на первый план выходили чувства. И конечно же обида. А то как же! Запретили, когда сами развратничают не особо скрываясь. Да и смысл скрывать, если такова натура? Если им это необходимо как воздух? Это вот Арнель уродилась неправильной. Она ж не замуж собиралась, знала, что такого мезальянса отец не потерпит. Таила обиду, копила ее, чуть ли не солила, а когда прозрела, было почти поздно.
Позже. Много позже были замечены и странности в ее воспитании. К примеру, ее учили терпеть боль. У демонов болевой порог высокий, у полукровок пониже, но могут выдержать пытки на протяжении недели. Благо регенерация соответствующая… К семидесяти годам Арнель наконец задалась вопросом, а к чему ее готовят? Зачем столько учителей и все в одной плоскости? До совершеннолетия оставалось тридцать лет, это время девушка и использовала для получения информации. Выходило паршиво. В поместье, отец — царь и бог. Слуги на него молятся, предателей среди них не найдешь. По крупицам, буквально по росинкам, она наконец узнала о том, что ей уготовано. Было ли ей больно? А кому бы не было? Но она демоница, хоть и наполовину. Действия отца ей были понятны. Для достижения цели жалеть полукровку? Смешно. Жалость у демонов не в почете.
Когда Арнель встретила Антареса, сделала все, чтобы он не только заинтересовался ею, но и забрал с собой. У нее все получилось. Позже, конечно, мечталось о короне… Но и быть фавориткой демонице не зазорно. А была ли любовь? Была. Она и сейчас внутри нее живет, как и благодарность. Не та любовь, за которой слепо идешь, не та, которая сжигает, изнутри не оставляя ни разума, ни других желаний, кроме того, чтобы всегда быть подле объекта любви. Нет, Арнель всегда знала, что ничто не вечно. А потому поддерживала отца, не сама, конечно, повелитель был щедр. Но кем Арнель не была, так это шпионом несмотря на то, что папаша и пытался получить некоторые сведения, да быстро понял, что от нее подобного ему ждать не придется. Хватит и того, что его сыновья продвигались по карьерной лестнице. Стремительно.