Я вздохнула и попыталась собраться с мыслями.
В мире явно творилось что-то нехорошее. Сначала Данаэль, которую упорно пытались убить и убили, теперь вот заявление, что наследника драконов отдали залогом мира, чтобы тень чужого преступления не пала на оборотней.
А до этих событий было что-то еще, что заставило Антареса объявить о помолвке с человеческой принцессой… голова кругом идет. И надо бы взбодрить принца, а у меня горло пересохло и ледяной страх закрался в душу.
Как ни странно, положение спасла выдра.
— Осознание своих ошибок — это прекрасно, — патетично возвестила она, — но ты совсем не ешь сладкого. После спонтанных обращений, надо обязательно съесть пироженку. С вишенкой!
По желанию выдры воздушное пирожное плавно спланировало в тарелку к принцу.
— Кушай, дитя гордого и дивного народа. На все воля богов, а они справедливы и милостивы.
— Благодарю, величайший дух. — Если бы не стол, мальчик точно бы поклонился.
А еще он явно знал больше о ларинь, чем я.
— Я правильно понимаю, что ты выспался?
— Да, — чуть замялся он, — днем я… плакал. Потом уснул и вот, попробовал переместиться к маме. Но в итоге потревожил ваш покой. Честное слово, я был уверен, что это повелитель специально перенес меня в комнату с едой, зная, что мне после оборота стоит подкрепиться. Думал, он пожалел меня, не допустив моего перехода из Облачного дворца в долину драконов. Я ведь пожалел о сделанном почтив тот же миг. Вспомнил, чем грозит мой уход без разрешения…
Жалость острой иглой уколола в самое сердце. Но я не успела ни проникнуться историей ребенка, ни посочувствовать ему, потому что наткнулась на злость во взгляде Ролана. Но почему? Когда я успела обидеть дракона? Я лихорадочно соображала, растерянно глядя на паренька.
Нет, я точно не могла этого сделать, значит что?.. Неужели история повторяется?
Я устало прикрыла руками лицо и обратилась к выдре.
— Швабра, я опять использовала магию?
— Да, — тут же отозвалась она, а мне стало стыдно.
Опять я применяю магию, как сыворотку правды, да еще без своей на то воли.
Я положила руки на колени и прямо посмотрела на гостя.
— Ролан, я могу тебя так называть?
Паренек неохотно кивнул. Действительно, кто в здравом уме откажет супруге повелителя, она ж небось мужу пожалуется.
— Мне очень жаль, что так вышло. Однако с некоторых пор я не контролирую свою магию. Сознательно я бы никогда не принудила тебя говорить мне правду. Особенно настолько личную. Я, безусловно, хочу искренности, но достигать ее таким путём не намерена.
Поверит ли? Хотелось бы.
— Вы такая же как я? — вдруг спросил он с надеждой и какой-то затаенной радостью.
— В каком смысле? — не поняла я. — Я не дракон, если ты об этом. До замужества я была человеком, а сейчас со мной происходит что-то странное, точнее с моей магией и аурой. Мы считаем, что это из-за благословления бога.
Я не стала лгать, зачем?
Все равно нам сосуществовать рядом какое-то время, скрыть то, что у меня магия порой буянит вряд ли удастся.
— Его высочество хотел сказать, что когда дракон вступает в зрелую пору, то его магия так же выходит из-под контроля. — Выдра решила ответить за Ролана. — И аура имеет настолько же хаотичные потоки, как у тебя, Дана. Но нет, ваше высочество, ее милость не дракон.
— Благодарю, уважаемая Швабра за пояснения.
Какая прелесть, мне значит мальчик не поверил? А выдре, которая ему устроила темную за сдобу — да?
— Простите меня за неподобающие мысли, — обратился он ко мне. — Я понимаю вас. Вот уже год моя магия диктует мне свои условия, а я стараюсь взять ее под контроль. У нас говорят: Чем больше силы даровано, тем мощнее сопротивление, когда приходит время взрослеть. Возможно, у людей также?
— Да откуда у людей такая сила, — фыркнула выдра. — А наша милость уже не человек.
— А кто? — нет, мы и так с Арнель предполагали, что я почему-то становлюсь фэлроу, но одно дело предполагать, другое — знать наверняка.
— Придет время — узнаешь, — кто бы сомневался, что нахальная выдра не даст прямого ответа?
— Ролан, когда мы наедине, называй меня Даной. Мне будет приятно, — я решила пока не трогать вонючку, то есть швабру, потом устрою ей допрос с пристрастием, а пока на повестке ребёнок и неведомая попа, творящаяся в мире.
— Это великая часть, — церемонно наклонил голову мальчик.
Интересно, а не потому ли, что Ролан не контролирует свою магию, Антарес и запретил нам встречаться? Беспокоился обо мне? Приятно, однако.
«— Скорее о единственном сыне правителя драконов, — ехидно выдала Швабра в моей голове. — Ты-то ему и даром не нужна, а наследник драконов…»