Слава Богу, у меня есть Камрин. Она приехала пораньше, чтобы поддержать меня перед церемонией. До того, как она начала приводить меня в порядок, мне на самом деле не требовалась ее помощь. Я не стала ничего особенного делать со своими волосами и макияжем. Единственное, что я позволила себе по такому случаю — это платье кремового цвета, но даже оно было довольно простое: длиной доходило мне всего до колен, а на груди было немного кружева. Я больше похожа на мать невесты, чем на саму невесту. Что мне действительно было нужно, так это моральная поддержка лучшей подруги. Ее спокойствие, можно сказать, успокаивает мои измотанные нервы.
Даже не знаю, почему я так вымотана. «Свадьба» — это лишь наша с Ноем встреча с мировым судьей для подписания бумаг, пока папа и несколько других членов семьи и близких друзей будут стоять в стороне. Ни смокинга, ни платья, ни клятв, ни свадебного приема. Быстро и, насколько это возможно, просто. Этот брак даже нереален. И все же мне страшно.
— Вот и все, — объявляет Камрин с гордостью. — С глазами покончено. Взгляни.
Я открываю глаза и моргаю, смотря на себя в зеркало. Вау, я выгляжу… Соблазнительно. Обычно я накладываю минимум макияжа, так как редко куда выбираюсь, кроме офиса, но Камрин добавила в мой образ нежный «смоки айс», и теперь я выгляжу чувственно и в то же время достаточно скромно для дневного мероприятия.
— Смотрится бесподобно. Спасибо.
— Я хороша, не так ли? — усмехается Камрин. — Хочешь перекусить? Это твой последний шанс, пока я не занялась твоими губами.
Стол и барная стойка на кухне были завалены запеканкой, салатами и канапе из ресторанчика по обслуживанию банкетов, который нанял папа. Я заявила ему, что не хочу организовывать прием с кучей разнообразной еды. Но он настоял на том, что нашим гостям нужно будет поесть перед возвращением домой. Так что мы пришли к компромиссу — будем подавать закуски на бумажных тарелках.
Я качаю головой.
— Нет, спасибо. Мой желудок ведет себя как сумасшедший.
— Неужели все так плохо? — спрашивает Камрин, от сочувствия ее голос звучит выше обычного.
Я глубоко вздыхаю.
— Честно? Я не уверена, что чувствую.
Я действительно верю, что мы с Ноем можем стать настоящей парой. Но я все еще нахожусь на грани паники. Брак — это такое огромное обязательство. Размышления о таком серьезном решении — о, Боже, еще и меньше чем через час — заставляет меня содрогаться в холодном поту.
Если бы здесь не было Камрин, которая успокаивала меня, я бы всерьез рассматривала вариант побега. Особенно после того, как папа вручил копию контракта за завтраком — смутные очертания букв на шестнадцати пронумерованных страницах. Я до сих пор не смогла заставить себя взглянуть на него. Но, так или иначе, я уже знаю, о чем в нем говорится. Какой смысл мучить себя еще больше? Я просто подпишу его, когда придет время, быстро и легко, словно сорвать с раны повязку.
— Бедняжка, — вздыхает Камрин. — Позволь мне предложить тебе выпить. Совсем немного, чтобы снять напряжение.
Она выбегает из спальни, направляясь на кухню, и возвращается с двумя бокалами мерло. Моя лучшая подруга знает меня достаточно хорошо, чтобы отказаться от бутылки охлажденного шампанского, лежащего в ведерке со льдом на кухонном столе. Шампанское слишком празднично для состояния, в котором я сейчас нахожусь.
Я принимаю охлажденный бокал и делаю большой глоток. Небольшая доза алкоголя слегка согревает и расслабляет мои мышцы, и я тихо вздыхаю. Она была права. Мне действительно это было нужно.
— Я, правда, думаю, что все будет хорошо, — произносит Камрин. — Из того, что я видела, кажется, что Ной был довольно милым и внимательным к тебе.
— Да, кажется, он очень старается, — я делаю еще один глоток вина. — Даже если его конечная цель — всего лишь залезть ко мне в трусики.
— Неужели это самая худшее в мире? — она приподнимает брови с дьявольской ухмылкой на губах. Она постоянно жалуется на мою отсутствующую личную жизнь.
Я фыркаю, улыбаясь в ответ.
— У меня почти такой же интерес объездить его член, как спрыгнуть с Бруклинского моста.
За исключением тех случаев, когда этот дурак делает что-то сексуальное, и вся кровь в моем теле стремится на юг. Что, кажется, происходит все чаще и чаще в последнее время.
— Дамы… — из-за двери показывается голова Стерлинга, он ухмыляется, так как слышал каждое слово. — Объезд члена начнется после ужина.