— Когда я могу забрать дочь?
— Вскрытие уже сделано. Сами видите. Можете забирать. Справку я подготовил, в ней все указано. Если хотите, наши женщины подготовят ее к похоронам, — предложил патологоанатом.
— Да, конечно, — откликнулся Степан. Вернувшись домой, понял, жена все знает. В квартире полно соседей, все собрались вокруг Натальи. Одни утешают, другие уже обговаривают поминальный стол.
— Подруг ее надо позвать! — предложили старухи.
— Зачем? Подруги для радости, на похороны согласятся ли придти? — словно накаркала жена Женьки. Так оно и получилось. Ни одна не согласилась появиться на похоронах. У каждой своя причина оказалась. Лишь десяток одноклассников мальчишек пришли уже на кладбище, положили цветы на могилу и поспешили к выходу.
С Маринкой они учились, но никогда не дружили.
Степан уже на сороковой день зашел к следователю милиции. Решил узнать, как движется дело по насильникам.
Следователь, увидев Смирнова, сам встал навстречу, подал руку.
— Примите и мое соболезнование. Очень жаль девчушку! Хорошим человеком стала бы!
— Вы лучше скажите, когда судить будут козлов? — перебил Степан.
— Дело уже направлено в суд. Так что скоро вас известят о процессе!
— Скажите! Этот наезд на дочь случайный или умышленный?
— Умысел не доказан. Водитель иногородний, в нашем городе впервые. Никого не знал. Это случайность, дикая и нелепая. Так бывает. Но, независимо от происшедшего, суд состоится. И каждый виновный будет наказан за все! За живых и за мертвых. Поверьте, никому с рук не сойдет.
— Я не верю в случайность наезда! — сказал Степан.
— Это дело взял к своему производству другой следователь. Оно выделено в отдельное производство. Я свою часть работы выполнил, — вытер лоб и красноречиво указал взглядом на дверь кабинета.
Глава 3. РЫЖИК
Так Лешку Свиридова называли все. Звали или дразнили, трудно было определить правильно. Да и не заботило это человека. Если кличка, то не обидная. Оно и впрямь, конопушки и веснушки густыми букетами расцвели от макушки до пяток, рыжие клочки волос торчали из ушей и носа. Рыжими были глаза и даже зубы. Лешка был таким с самого детства.
Сколько ни старался мальчонка отмыть свою рыжесть, ничего у него не получилось. Ни хозяйственное, ни туалетное доыло, ни едучие стиральные порошки не справились. Даже керосин не помог. Ну, хоть вой, ни одного кота и собаки не было рыжее Свиридова. Ему само солнце завидовало, одуванчики за родню принимали.
Лешку злила собственная огненность, но куда от нее денешься, если она ничем не выводилась. И только мать, гладя Леху по голове, приговаривала тихо, будто мурлыча:
— Не бедуй, сынок! Ты такой один. Рыжий цвет у счастья бывает, а значив жизнь твоя будет радостной и легкой, как облачко. Не омрачат печали и беды голову и душу. Всю жизнь в тепле и в сытости проживешь, люди тебя любить станут, — говорила Лешке мать, гладя плечи, спину, руки сынишки. Пацан замирал от удовольствия под теплыми, ласковыми руками матери. Он любил эти руки, добрый, тихий голос, саму мать, спокойную, улыбчивую. Она почти никогда не ругала, не кричала и не била сына.
— Ты мужчиной растешь. С детства про то должен помнить. Это честь от самого Бога в мужики на свет объявиться. На мужиках, что ни говори, вся жизнь и земля держится.
Лешка довольно сопел. Только почему о том не знала соседская старуха бабка Лизавета? Вчера поймала Лешку в клубнике, всю задницу крапивой настрекала. А уж руки и ноги так отделала, что пацан до вечера на чердаке выл не своим голосом. Матери не стал жаловаться. Заранее знал, она не любила ссор с соседями, и коль мальчишка был виноват, ставила его в угол до самого вечера.
Свиридовы жили на окраине города в небольшом частном доме, где были свой огород и сад, имелась своя скотина, корова, свиньи и куры, даже кошка с собакой прижились и никогда не дрались меж собой, хлебали молоко из одной миски, вместе гонялись по огороду за птицами и мышами, вдвоем охраняли дом от чужих. Конечно, у Свиридовых как у всех была клубника. Но ворованная казалась слаще. Тут Леха ничего не мог поделать с собой. Ноги сами несли его к кому-нибудь из соседей. Он доподлинно знал, где и что растет у них в огородах. Клубнику мог найти даже в кромешной темноте. Ну, а если его все же ловили, да еще давали взбучку, мальчишка мстил. Он подбрасывал в сарай ужа, какой до утра до капли высасывал молоко у коровы. Или забрасывал в печную трубу ежа. Попробуй его достать, все пальцы покусает колючий бес. Самой крикливой соседке повесил над крыльцом крысу, какую у своего кота отнял. Бабка целый день из дома боялась выйти, крыса долго визжала и грозилась отгрызть бабке голову.