— А какая у тебя работа? — поинтересовалась тут же.
— Я и кондитер, и швея, и даже парикмахер.
— О как! Ни баба, целый кооператив! Тебя с моей дочкой познакомить надо! Она из деловых, сущая буржуйка! Эта вмиг устроит. Завтра доложу про тебя. Там и порешаете, куда тебе определиться, — отрезала половину пирога с клубникой, подвинула Лауре, сказав:
— Это вам на вечер. Вместе с мужиком чайку попьете.
А утром в дверь громко позвонили. Это пришла деловая дочь соседки. Быстро вошла в дом, села напротив и спросила:
— Ну, что у тебя? Выкладывай, кто ты и чего хочешь, времени у меня мало! Давай шустро!
— Какой у тебя разряд швеи? И кондитера? Парикмахеры мне не нужны! — сказала категорично, как отрезала.
— Значит, вот что! Будешь хичины жарить для продажи на рынке. Заработок будет зависеть от самой. Плохие хичины никто не купит. Там помимо нашего ларька еще две торговые точки имеются. Конкуренты!
— А дочка?
— Ее в наш детский сад возьмем. Платить за нее будешь только половину! И помни, если засеку на воровстве или пьянстве, выгоню мигом.
— Да у нас такого в помине нет!
— Все так говорят поначалу!
— Беру с испытательным сроком! — предупредила сразу, а вечером, как и обещала, приехала за документами. Взяла трудовую книжку Лауры, свидетельство о рождении дочки, копию аттестата, брезгливо отодвинула характеристику с последнего места работы и сказала уходя:
— Ребенка в поликлинику на анализы, сама тоже. Требования общепита всем известны. Вот тебе и ребенку направления в поликлинику. Постарайтесь в неделю уложиться.
А к концу месяца работа в модуле закипела. Лаура жарила хичины. Их раскупали мигом. Очередь у окошка была постоянной. Женщина к концу дня уставала, сбивалась с нОг. Ни выходных, ни праздников не видела. Но когда получила первую зарплату, обрадовалась. Ровно вдвое больше чем ожидала. Даже Марат изумился, жена заработала столько же, сколько он, со всеми своими «шабашками».
Агваняны решили с этого дня завести свой счет в сберкассе и не промедлили.
К концу года семью предупредили, что их дом подлежит сносу, а им взамен будет предоставлена квартира в новом доме. Это показалось сказкой. Семья жила мечтой о благоустроенной квартире. Но цены на такое жилье были слишком высоки и недоступны.
Да, дом и весь микрорайон будет построен далеко ни в центре города, зато в зеленой зоне, далеко от пыли и городского шума.
— Ничего, ахчик джан! — называл Марат жену милой девочкой и утешал:
— Купим машину! Для начала подержанную. Чтоб на работу ездить. А там, со временем на хорошую наберем.
— Зачем она нам! Обойдемся! Хороши будем и пешком, — отмахивалась Лаура. Она радовалась, что дочке нравится в садике, ребенок уже сносно говорит по-русски, хорошо растет.
Марат, полривыкнув к людям, никогда не опаздывал и не отказывался ни от какой работы. Лишь бы за нее платили. Он очень любил деньги, никогда и никому не давал в долг и берег каждую копейку. Человек радовался своему огороду и саду. С них семья неплохо имела. В магазине и на базаре тратили немного.
Марат упрямо копил на машину и совсем забыл о жене и дочери. Лаура молчала, но однажды заметила, как ее муж стал флиртовать с нарядной, моложавой женщиной, торговавшей на рынке фруктами. Он до вечера крутился у ее прилавка, помогал носить тяжеленные ящики с яблоками и грушами, даже витрину оформлял. Был выходной день, и у мужика появилось свободное время. Лаура наблюдала за ним исподтишка.
Женщина была крупная, но охотно приняла помощь Марата. Тот, провозившись часа два вокруг, осмелел и ущипнул женщину за задницу. Та, вскинулась от неожиданности, Марат не успел отскочить. В следующую минуту валялся под прилавком в куче грязных объедков, пыльных ящиков и мешков. А баба пинала его ногами в бока и кричала на весь базар:
— Ишь, кочерыжка горелая! Прикипаться вздумал жеваный катях! Я тебе, козлу, все зубы в жопу вставлю! Думаешь, коль тут работаю, так тебе все можно? А ну, кыш отсель, моль сушеная! И чтоб духу твоего тут не было! — ухватила Марата за шиворот, выдернула из-под прилавка и выкинула пинком наружу под громкий смех и улюлюканье продавцов.
— Так их, Шурка! Лупи придурков! А то вовсе обнаглели, средь бела дня лезут, словно мы им должны. Гони их в шею, хорьков вонючих! — подбадривали женщину.
Марат, отряхнувшись, вскоре привел себя в порядок и забыл о недоразумении. Через пяток минут разговорился с другой. Уже через полчаса они куда-то исчезли, но ненадолго. Вышли из-за модуля, оба помятые, взлохмаченные, счастливые.
— Тьфу, кобель! — встретила Лаура мужа. Тот сделал вид, что не расслышал.