Базиль предложил ей свою руку, но не удержался от шпильки:
- И снова: не королеву, а принцессу. Вы пока ещё не коронованы, Ваше Высочество.
Мила проигнорировала галантность похитителя и с гордо поднятой головой пошла на встречу с теми, кто, возможно, затеял эту игру.
***
Дневной свет сотворил чудо – мрачный ночью, сейчас тронный зал был прекрасен. На стенах играли блики от многочисленных витражей, солнечные зайчики скакали по искусно вырезанным барельефам, подчёркивая каждую деталь скульптуры. Мила засмотрелась на каменного атланта, поддерживающего одну из центральных колонн, остановилась. Базиль, как заправский экскурсовод, зашептал на ухо девушке:
- Это Каскад, воин-великан из мятежного королевства. Известен тем, что ближе всех из наёмных убийц подобрался к Его Величеству Готбергу Второму, вашему отцу. Если бы не мастерство мага Симона, подоспевшего вовремя и спасшего короля, то мы с вами встретились бы на пару лет раньше.
Мила задумалась:
- То есть король всё-таки умер?
- О, да. Кстати, я еще не приносил вам свои соболезнования по этому поводу.
Девушка фыркнула:
- Можете оставить их при себе. Тосковать по незнакомцу, заварившему кашу с моим похищением, я не стану.
Базиль казался подавленным, но Мила всё больше злилась и не собиралась щадить его чувств. Наоборот, хотелось кольнуть похитителя побольнее.
- Ну и чего ваш мёртвый король хотел от меня? Как моё пребывание здесь должно помочь вашему воображаемому королевству?
Распорядитель с укором взглянул на неё:
- Последней волей Его Величества было ваше возвращение на родину. Вы – единственная наследница престола, а трон не должен пустовать!
Девушка покивала:
- Ну, разумеется!
Она снова взглянула на прекрасного атланта, но насладиться архитектурой помешали непочтительные тычки в спину. Базиль шёл сзади и, как ему казалось, ловко направлял медлительную принцессу.
Наконец, они вышли из-за колонны, и Мила увидела придворных. Все в белом и золотом, те в почтительном молчании ждали свою будущую королеву. Удивительно, как такая толпа оставалась абсолютно бесшумной – никто не шаркал, не переговаривался и не вздыхал. Все взгляды были устремлены на принцессу, и в каждом было столько любви и почитания, что Мила оторопела и впервые за последние сутки подумала: «А было бы неплохо, окажись всё это правдой».
Следом нахлынула волна стыда: «Как не стыдно! Меня ждут дома, волнуются, а я тут заигралась. На потеху неизвестным кукловодам!»
Мила развернулась и бегом устремилась к выходу.
Базиль скакал следом и шипел:
- Ваше Высочество, вы куда? Двор собрался и ждёт! Да, куда же вы бежите? Трон – в другой стороне!
Девушка резко остановилась, крикнула сквозь слёзы:
- Меня дома ждут, понимаешь?!
Распорядитель скривился:
- Опять вы за своё. Никто вас ТАМ не ждёт.
Вот, чурбан! Да что он понимает в семье? Когда мама и папа… у неё же был папа, да? И мама… Мама была? Мила больше не бежала. Она остановилась, напрягая память. Но прошлое было таким туманным и далёким, словно девушка вспоминала не собственную жизнь, а старый фильм, мельком увиденный в детстве.
- Базиль?
- Да, Ваше Высочество?
- Что со мной? Что вы сделали? Почему я ничего не помню?!
Паника накрыла лавиной. Мила колотила кулаками распорядителя в грудь и истерически кричала ему в лицо, а слёзы превратились в ручьи, из-за чего на месте похитителя образовалось расплывчатое пятно. И было непонятно – растерян ли он, или насмехается над беспомощностью своей жертвы. Мужчина осторожно подхватил её на руки и вынес из зала.
***
Если в этом мире существуют обсерватории, то Мила оказалась в одной из них. Круглый купол башни был приоткрыт, и в образовавшееся окно выглядывала причудливо сложенная труба. Словно длинный пионерский горн согнули под тупым углом в нескольких местах.
Постойте-ка, горн! Мила вспомнила детей в ярко-красных галстуках. Это ведь из той, прежней жизни? Или из этой? Мысли путались, голова кружилась, и девушка тихо застонала. Кто-то положил ей на лоб сухую горячую ладонь. Мила подумала, что мокрый прохладный компресс подошёл бы лучше, но внезапно недомогание исчезло, в голове прояснилось, и даже будто прибавилось сил. Ладонь убрали.