Я вся обратилась в слух. Что-что? Другого претендента? Неужели меня насильно выдадут замуж?! Я запаниковала. Но ведь… это бесчеловечно! Хотя есть ли у спанцев это качество?
— Его Высочество Хуан Фернандо законный претендент на престол Франкии. У нас есть в пристанище его портреты. Если вас выбрали на роль невесты дофина, то ваша кровь чиста, и вы можете стать хорошей партией для Его Высочества. — Пояснила Софи, увидев ужас на моем лице.
Подойду?! Я?! Замуж за спанского подменыша?! Я едва не задохнулась от возмущения. Чтобы я предала свою страну?
— Народ не примет вашего принца! — Горячо возразила, вскакивая со своего места и тут же упав обратно на лавку на очередной кочке.
— Она одурманена, — кивнула Флоренс, скривившись, — проклятый де Грамон не оставляет никому выбора.
— Осторожно, Фло! Ее Высочество весьма дружна с месье де Грамоном, насколько я слышала, — ехидно влезла в разговор Жанна, выглянув в окно.
— Возможно, Ее Высочество не знает какое он чудовище?
Я фыркнула, их послушать так все кто стоит рядом с троном Франкии не люди, а монстры. Нет, я прекрасно понимаю, что месье де Грамон не невинная овечка, он же имеет дело с преступниками и вынужден принимать суровые решения. Вот в «Гнезде» однажды завелся охочий до любви конюх и, что самое жуткое, одну из крестьянок опозорил, а замуж не взял. Да и со слов дворни, сделал это насильно. В общем, темная и не совсем понятная мне история, но дедушка принял суровое решение — конюха вздернули на ближайшем суку. Страшно ли это? Безусловно. Правильно ли? Я думаю да.
— Месье де Грамон убил свою возлюбленную только оттого, что та решила открыть своей подруге правду на мерзкий обряд, противоестественный всем правилам природы.
— Неправда! — сжала я в полоску губы — она была замешена в государственной измене.
Страшные слухи до сих пор ходили среди простых людей и знати, но я видела в этом поступке огромное мужество. Легко ли переступить через себя ради страны?! Вырвать из сердца любовь, ради блага Франкии? Мне кажется это очень трудно. Хотя, если бы передо мной поставили выбор месье Персефорест или родина… нет, обманываю себя: не задумываясь отвернулась бы от мечты детства. А если бы месье Ноэль или сам де Грамон? Нет-нет! В этом и отличие — они бы никогда не предали Франкию!
— Если измена заключается в том, чтобы быть наполовину спанкой и желать открыть подруге, что та выходит замуж за…
— Рано, Фло! — Софи предостерегающе подняла руку, — как только мы доедем до пристанища, и власть артефакта падет, тогда и поговорим с Ее Высочеством.
*-*-*-*
Тьма, прильнув к спасительной полутени деревьев, провожала взглядом карету, которая увозила ее любимицу.
Обычно богиня не вмешивалась в дела смертных. Зачем? Обязательно будет новый «питомец», за которым будет интересно наблюдать, тем более что любимцы всегда так мало живут! Но… существо втянуло воздух, уловив образ прячущейся за шваброй Жанны, за Эвон де Сагон так весело наблюдать! Ее эмоции такие яркие, красочные, заставляли вспоминать давно забытые ощущения.
ОНА и так уже несколько раз вмешивалась в судьбу васконки: первый раз, когда не дала погибнуть вместе с родителями от лихорадки, второй — когда мягко намекнула де Грамону, что у ЕЕ любимицы есть свобода выбора не зависимо от воли короля. И даже когда позволила душам васконцев откликнуться на призыв к бою. Но вмешаться теперь? Есть же правила!
Нет, конечно, если эти странные девочки причинят вред ее подопечной, то Тьма отомстит. Подойдет к каждому, кто хоть косвенно виновен в гибели любимицы, и поцелует в губы всех, останавливая глупое человеческое сердце. Но разве это вернет мечты Эвон де Сагон? Такие нежные, вкусные, перекатывающиеся на языке сладкой ключевой водой?
Мгновение и темная фигура переместилась к повороту дороги, прислушиваясь к окружающим звукам и мыслям похитительниц. На странных спутницах любимицы была защита. Хорошая защита, на основе хитрых некромантских плетений, но разве от Богини Смерти защитит? ОНА задумчиво покачала головой, постукивая пальцами по коре деревьев. Терять Эвон де Сагон все-таки не хотелось. Девушка оказалась той самой отдушиной, благодаря которой давно безумная Тьма не срывалась в уничтожение мерзких людишек. И ведь было уже такое, тогда ее ярость назвали чумой, но…
Спасать девочку должны смертные. Как, например, тот талантливый мальчик, что невольно заслужил ее расположение, щедро проливая свою кровь на алтарь.
Точно!
Мальчик.